Эллинистические царства были многоэтничными и многоязычными, что представляло для властей еще одну проблему. Даже в куда более однородном с точки зрения культуры Македонском царстве Антигонидов часть сельского населения являлась негреческой по происхождению; но большинство из них — в основном, но не исключительно фракийцы — использовали греческий язык для составления эпитафий и посвящений и были сильно эллинизированы. В Азии и Египте дела обстояли сложнее. В малоазийских царствах старые и новые греческие города, почти исключительно заселенные греками, соседствовали с сельскими поселениями, обитатели которых принадлежали к различным коренным этническим группам Анатолии — мизийцам, карийцам, фригийцам, лидийцам, пафлагонцам, фракийцам и другим. Наемничество было источником для новых иммиграций — иранцев, галлов и евреев. В царстве Птолемеев в дополнение к местному египетскому населению и греческим поселенцам мы находим также большое количество иудеев и наемников различного происхождения. Селевкидское царство, особенно в период его величайшего расширения в III веке до н. э., было разнообразнее всех в том, что касается этнических групп и языков. В отношении этих различных народностей царской администрации приходилось осуществлять главным образом две задачи: налогообложение и правосудие.
Коренные народности, проживавшие на царских землях, сохранявшие при этом некоторые формы самоорганизации для решения местных задач, известны под названием laoi («народы»). Они обрабатывали землю царя и коллективно платили подать либо царю, либо лицу, которому тот мог пожаловать эту землю, — придворному, бывшему военному командиру, разведенной царице. Подать, которую уплачивала деревня — а не отдельный земледелец, — обыкновенно составляла десятую часть того, что производила земля, и определенную часть (как правило, от 2 до 12 %) стоимости добываемых древесины, скота, вина и других товаров. Иногда, однако, встречается и подушная подать. Современный термин «сервы» неточно передает положение лаой. Последние были лично свободны в том смысле, что они не являлись собственностью другого лица или института. Когда земля, которую они обрабатывали, переходила в новые руки путем завоевания или пожалования, менялся получатель подати, но это не значит, что они становились собственностью нового землевладельца или что они были прикреплены к земле. Когда царь прирезывал их землю к территории города, они становились периэками (paroikoi — «живущие вблизи города»). Обобщения относительно положения лаой, как правило, ошибочны. Учитывая частоту войн и необходимость царей заполнять казну деньгами, чтобы платить своим армиям, угнетение и эксплуатация неизбежно оказывались всеобщими. В Египте, о жизни коренных жителей которого известно больше, во II веке до н. э., особенно в условиях хаоса гражданских войн, часть населения, став жертвой угнетения и беззакония, покинула свои поля и занялась разбоем. Декрет Птолемея VIII об амнистии, выпущенный в 118 году до н. э., после длительного периода гражданских войн, ясно свидетельствует об этой проблеме. Царское воззвание требовало, «чтобы люди, которые ушли в анахоресис[35] ввиду того, что они повинны в воровстве или совершили другие преступления, вернулись к себе домой и возобновили свои прежние занятия, а… оставшееся их имущество не должно быть продано»[36]. В Малой Азии Аристоник получил поддержку в своем восстании против Рима в конце II века до н. э. отчасти из-за разочарования местного населения царства Атталидов.
В городских поселениях чужеземцы — главным образом наемники — образовывали самоуправляемые общины, которые назывались politeumata («гражданские сообщества»). Мы знаем о существовании таких политевм в царстве Птолемеев. Люди из Кавна и Термесса, проживавшие в Сидоне, имели свои гражданские сообщества; в Египте известны и другие подобные группы беотийцев, критян, киликийцев, евреев и идумеев (живших южнее Мертвого моря). Политевмы фригийцев и ликийцев, зафиксированные лишь в имперский период, должны были существовать и ранее. Гражданские сообщества имели отдельные святилища и собственных жрецов. Если опираться на данные о еврейских политевмах, отмеченных в нескольких городах (Александрии, Гераклеополе, Леонтополе, Беренике) и документированных лучше прочих, члены гражданских сообществ жили в обособленных кварталах; должностные лица политевм выполняли возложенные на них птолемеевской бюрократией административные и судебные обязанности.
Высокая степень пластичности и приспособление к различным традициям позволили царским дворам справляться со сложным управлением огромными и разнородными территориями достаточно ограниченными силами. Однако проблемы, присущие эллинистическим царствам, — династические конфликты и военный характер царской власти, обязывавший правителя постоянно стремиться к легитимизации посредством войн, — подрывали, как мы увидим в следующих главах, стабильность власти.
