Личная власть необязательно должна была распространяться на огромную территорию огромной, как власть диадохов; она могла быть ограничена городом или какой-то местностью. Рассмотрим несколько примеров людей, пришедших к власти благодаря своим военным навыкам. В конце IV века до н. э. Агафокл на короткое время возвысился до положения царя Сицилии, использовав в качестве исходного пункта гражданскую службу. В 319 году до н. э. македонский военный командир Алкет бежал в Термесс в Писидии, где благодаря своим военным навыкам приобрел небывалую власть. Он набирал в войско юношей, устраивал набеги и, щедро делясь добычей с воинами, добился популярности. Лишь предательство «стариков», попытавшихся схватить Алкета, чтобы выдать его Антигону Одноглазому, вынудило его совершить самоубийство. Если бы он выжил, то мог бы стать одним из тех могущественных мужей, управлявших городами и иногда называвшихся в источниках «тиранами». Некто Тимарх, бывший тираном Милета ок. 260 года до н. э., вероятно, являлся командиром наемников или уважаемым воином, получившим личную власть благодаря своему боевому опыту. Личную власть на местах можно было приобрести благодаря царской поддержке. Например, с 317 по 307 год до н. э. в Афинах тираном являлся оратор и философ Деметрий Фалерский, опиравшийся на Кассандра. Ликийский Тельмесс на протяжении почти столетия, примерно с 250 года до н. э., управлялся династами, связанными с Птолемеем I Египетским.
Начиная с архаического периода тирания процветала в городах при двух условиях — при внешнем управлении и гражданском противостоянии. В Сикионе на протяжении десятилетий происходило и то и другое:
«С тех пор как город сикионян расстался с подлинно дорийским аристократическим строем, былому согласию пришел конец и начались раздоры между честолюбивыми вожаками народа. Сикион беспрерывно страдал от внутренних неурядиц и менял одного тирана на другого, пока после убийства Клеона правителями не были избраны двое самых известных и влиятельных граждан — Тимоклид и Клиний. Казалось, государство вновь начинало обретать спокойствие и устойчивость, когда Тимоклид скончался, а Клиния Абантид, сын Пасея, стремясь к тирании, умертвил, друзей же его и родичей кого изгнал из Сикиона, а кого и убил»[62].
Убийства и смена тиранов продолжались до тех пор, пока им не положил конец сын Клиния Арат, вернувшийся из изгнания. Вернулись и 500 граждан, потребовавших возвращения имущества, конфискованного и разделенного между сторонниками предыдущего режима. Во времена Арата тирании на Пелопоннесе устанавливались и ниспровергались в результате конфликтов среди представителей знати. Неясные отсылки к демагогам свидетельствуют о том, что тираны искали (и получали) одобрения граждан в дополнение к поддержке наемников. Представляется вероятным, что они находили приверженцев среди некоторых граждан, обещая тем землю, отнятую у противников.
Некоторые государственные деятели добивались господства благодаря своим мудрым советам, военным навыкам и мужеству. Они боролись против тиранов и чужеземных врагов, предостерегали свои общины от неверного выбора союзников во время войн и играли роль посланников. Если они погибали в бою, их пример вдохновлял грядущие поколения. Иллюстрацией такого примера служит начальник беотийской конницы Эвгнот. В 294 году до н. э., поняв, что битва у Онхеста проиграна Деметрию Полиоркету, он покончил с собой прямо на поле сражения. Его статуя, помещенная на рыночной площади близ алтаря Зевсу, чествовала его геройскую гибель и призывала молодежь: «Так в славе становятся воинами, так становятся храбрецами, защищая город ваших предков!» Статуя Эвгнота с надписью служила примером для юношей. На протяжении нескольких поколений на постаменте его изваяния записывались имена новобранцев, вероятно, дававших присягу прямо напротив алтаря Зевса и статуи Эвгнота.
