— Ты бы и не смог, — Ксения садится на кровать, подтягивая колени к подбородку, — потому что я была не в этом мире. То есть, в этом, но не совсем здесь, — понимая, что Чарли не догоняет, Ксения тяжело вздохнула и принялась объяснять: — Нарния огромный мир, который делится на два мира — Старый мир и Новый мир. Как раз таки в Старом мире находимся мы, а Новый мир находится за чертой. Я была в Новом мире.
— Это за грани моего понимания, — покачал головой Чарли, вздохнув. — То есть, я бы не учуял тебя, потому что ты была скрыта некой чертой?
— Получается, что так.
— Отлично. На первые два вопроса ответ есть. Но почему ты напала на Каспиана?
— Чтобы получить метку, — практически незаметным движением Ксения тянется к левому предплечью, где под рукавом платья спрятано клеймо, — нужно было сначала ослабить связь Лорда с Вэнфролхом. Конде нашёл способ и мы воспользовались им, за неимением других вариантов. Нужна была кровь того, кто владеет драконом. У Лорда кровь взять было невозможно — он бестелесный, а ближним к нему был лишь Каспиан.
— Можно же было попросить кровь.
— Кровь, взятая насильно… — процитировала Ксения, пожав плечами. Чарли понимающе кивнул.
— Кто такой Конде? Ты сильно им пахнешь, — заметил он.
— Он мой брат, — Ксения улыбнулась. — Не знала, что у меня есть брат, но оказывается это приятно. Было… — она нахмурилась и помрачнела, будто бы вспомнила что-то неприятное.
— От метки не избавиться? — тихо спросил волк, подойдя к Ксении и присев рядом.
Из груди Всадницы вырвался приглушённый стон и она, облокотившись о плечо парня, прикрыла глаза.
— Нет, — голос её был полон печали. — Она на всю жизнь. Благо, она у меня короткая…
— Что? — Чарли вздрогнул, резко повернулся к девушке и уставился на неё тяжёлым взглядом. Ксения же даже головой не повернула. В теле чувствовалась пустота и безразличие ко всему. Тем более к своей скорой смерти.
— Я не хотела говорить никому, а когда приняла метку и вовсе стало плевать, — начала она издалека, — когда я встречалась с Лордом, он говорил о пророчестве, в котором говорится о великом Всаднике, спасшем мир и ставшим личным хранителем ребёнка, отцом которого являлся исчадие тьмы, а матерью — Великая королева. А когда встретилась с Конде, он рассказал о другом пророчестве, по которому можно понять, что я некий Чёрный Всадник на чёрном драконе. Что во мне живут души всех Чёрных Всадников. И что судьба моя — убить Лорда и погибнуть вместе с ним. Так случалось со всеми, кто был до меня, так будет и со мной, — голос ни разу не дрогнул, Ксения даже не вздыхала. Она говорила совершенно безразлично. Чарли понял — ей было всё равно.
— Мне так жаль, — он был испуган не предстоящим, а тем, что не испытывает тех чувств, что раньше. Волк отказался от Ксении, а значит должен был отказаться человек. Но Чарли отказываться не собирался — он был её другом и таким собирался остаться. Чарли хмыкнул: раньше Ксения его отвергала, теперь принимает, а ему этого и не нужно. Но он всё равно останется с ней, потому что по-другому и не будет. Она часть его стаи. Стала тогда, когда волк учуял Пару, и сейчас тоже. У него нет другой стаи — он ушёл от своей семьи за ней. И не жалел. И не будет жалеть теперь, когда всё исчезло.
— Мне не нужна жалость, — усмехается Ксения, — мне всё равно. Раньше было страшно, а сейчас как-то наплевать.
— Но это твоя жизнь! Да и к тому же, Питер зависит от тебя!
— Жизнь утратила значение, — Ксения хмыкнула, — а Питер… Конде что-нибудь придумает с этим. Верховный король будет нужен Нарнии как никогда.
— Ты не собираешься ничего предпринимать? — Чарли был сбит с толку.
— Не буду, — согласилась девушка, — и ты не предпринимай. Бесполезно. И никому не говори. Обещаешь? — её карие глаза, сейчас такие безразличные, внимательно смотрят на него, пробираясь, кажется, в душу.
— Ладно, — не придумав ничего толкового, Чарли кивнул. — Никому не скажу. Буду смотреть на тебя, и знать, что тебе осталось недолго.
— Я не знаю сколько. Только то, что Лорд окажется повержен, а я уйду за ним.
— Это плохой исход.
— Это отличный исход, — Ксения жмёт плечами. — Меня здесь ничего не держит.
— Кстати, — резко переходит Чарли на другую тему. Он больше не желает слушать ничего о возможной смерти девушки, — где Вэнфролх? Ты же на такое ради него пошла…
— Должен скоро прилететь, — Ксения вновь безразлично жмёт плечами.
Чарли ещё что-то хочет сказать, возможно даже о Вэнфролхе, но стук в дверь не даёт ему рта раскрыть. Ксения переводит взгляд на дверь и морщится. Чарли вскидывает брови, когда Ксения кричит, не двигаясь с кровати:
— Уходи!
— Я не уйду, ты знаешь, — раздаётся с другой стороны двери. Голос приглушён, но Чарли слышит знакомый запах. — Ксения, открой дверь. Нам нужно поговорить.
Ксения строит рожицу и встаёт с кровати. Подходя к двери комнаты, она взлахмачивает распущенные волосы и отодвигает щеколду, приоткрывая дверь всего на пару сантиметров.
— Чего тебе? — голос её полон яда.
