— Не хочешь прогуляться? — ноздри парня раздуваются, будто он внюхивается в мой запах. Хотя почему будто? Так и есть. Голубые глаза сверкают ярче и тот чуть улыбается, немного даже застенчиво. Чарли не плохой, не наглый. Он тот типаж, что привлекает меня, можно сказать, что он для меня идеален. Если представить нас вместе… это не вызывает отвращения или неадекватной реакции, которую люди называют «химией», нет. Я могу с уверенностью сказать, что я бы любила его, любила бы по-настоящему, а он бы относился ко мне также, но есть одно «но», которое навсегда перечерчивает все мои мысли. Это «но» имеет имя, наглый характер и сейчас неизвестно где и неизвестно что с ним. Это «но»— Питер, от которого я не откажусь, даже если захочу всей душой. Что бы ни было с Чарли, какая бы химия нас не преследовала, я, рассуждая на трезвую голову, знаю, что где-то в этом огромном мире есть тот, без кого я не я. Тот, кого, я, возможно, потеряла навсегда. Тот, ради которого не страшно и жизнью рискнуть. Тот, кого я любила, люблю и, Господи, буду любить.
— Не думаю, что это хорошая идея, — честно признаю я, потому что играть в игры или давать надежду не собираюсь. Смысл? Того, чего добивается этот парень никогда не случится.
— Ты уверена? Просто я…
— Чарли, правда, прости, — я взмахиваю рукой, желая прекратить этот разговор, потому что, боги, сердце разрывается от боли, а я не пойму почему, ведь он мне даже не… Я не додумываю, потому что Чарли приближается ко мне настолько близко, что, кажется, ещё шаг и он сольётся со мной воедино. Я пытаюсь сделать шаг назад, но он хватает меня за плечи, удерживая не только силой, но и голубым взглядом.
— Просто подожди. Я должен убедится, проверить…
— Чарли, что ты… — договорить в эту секунду мне не суждено, потому что парень, перемещая ладони мне на лицо, склоняется ко мне и прижимается к моим губам в медленном, изучающем поцелуе.
Меня словно уносит ураганом. Мысли вылетают из головы. Такое ощущение, будто по венам в быстром темпе разливается тепло и я словно тону. Всё тело вспыхивает огнём, мне кажется я горю — настолько сильны ощущения. Вдохнуть не получается, в голове полный кавардак.
Отрываясь от бледных губ, я смотрю в испуганные глаза Чарли. В них плещется страх и понимание. И это сводит с ума, потому что по-другому уже и не объяснить. С тихим стоном, я приникаю своими губами к его, втягивая во второй, более страстный поцелуй. Чарли улыбается, сжимая мою талию в своих, таких идеальных объятиях. Всё так, как оно и должно быть. Да, именно так! Торжество наполняет всё тело, когда волк впечатывает меня в стену, перемещая губы мне на шею. Откинув голову, я затылком упираюсь в стену. Были ли в голове мысли? Ни одной. Они исчезли с первым прикосновением губ к губам.
Перед глазами ничего нет, только звёзды, которые горят так тускло, будто стараются скрыть нас от чужих взглядов. Распахнув шире глаза, я уставилась в одну очень сильно горящую звезду. Даже жаркие поцелуи, проходящие по шее, не могли отвлечь от неё. Звезда горела так ярко, что мне показалось, что я сейчас ослепну. А потом она стала двигаться. Открыв рот, я в шоке смотрела, как она, рассекая ночное небо, движется от меня. Вот она была прямо над головой, а тут уже исчезает где-то далеко в небе.
На рот обрушился новый поцелуй и меня вновь унесло, но не до конца, потому что ещё парочку таких вот «падающий» звёзд я заметила сразу.
Оторвавшись от Чарли, я смотрела на звёзды, что горели ярче обычного и будто убегали от меня.
И тут-то меня и осенило. На меня будто вылили чан с холодной водой. Закричав от ужаса, я ударила Чарли в грудь, стараясь остановить его. Спасибо ему за то, что не напирал. Послушно отступив, он посмотрел на меня, взглядом спрашивая разрешения продолжить.
— Уйди от меня! — кричу я, вновь ударяя его руками. — Господи, ненавижу!
Чарли молчит, виновато опустив голову на грудь и зажмурившись. Осознание того, что я только что наделала, бьёт в самое сердце, которое больше не бьётся в желании приникнуть к губам совершенно чужого человека. Теперь оно разрывается от боли, от ненависти к самой себе. — Уходи!
Не говоря ничего, Чарли отступает на несколько шагов, но не двигается с места.
— Что ты от меня хочешь? — слёзы текут по щекам, показывая всю мою боль, всю ненависть к себе. — Что?!
— Не причиняй себе боли, Ксения… — шепчет мне Чарли, протягивая руку в надежде на то, что я приникну к нему в объятии. А я сгораю от желания умереть.
— Уходи, Чарли, и не смей ко мне приближаться! — горько шепчу я, потому что чувствуется где-то далеко внутри, за той болью, как хочется подойти и окунуться в объятия, ведь знаю же, что ждёт.
— Я не могу тебе пообещать, что не приближусь, — говорит он напоследок, а после скрывается в ночной темноте.
Продолжая рыдать, я падаю в снег, прижимая колени к груди. Рыдания сотрясают всё тело, грудная клетка горит огнём, а в голове лишь мысли об одном. О том, что я только что натворила, чему дала совершиться.
