Выбравшись наверх, Феликс задержался на лестнице, чтобы уложить ребенка в опустевшую сумку, как в люльку и отправился дальше – на второй этаж, в кабинет, служивший временным убежищем для его подопечных. Как и обещал Павел, коробка с ампулой и диск лежали на столе. Феликс сунул их в боковой карман сумки и немедля направился дальше. Перед вторым выходом мужчина остановился. Сидевшие на его плечах ворон с крысой напряженно ждали, что он возьмется за ручку, но Феликс медлил. В сумке захныкал малыш, и мужчина резким движением открыл дверь. Тяжелый плотный воздух невидимой стеной стоял прямо на пороге. У самого пола стена прорывалась сносящим с ног сквозняком и вибрировала от мощного напряжения. Преодолевая сопротивление воздушного потока, Феликс шагнул в коридор с бесконечно повторяющимся недостроенными комнатами и замер, мигом оглохнув от странной, ощутимо плотной вакуумной атмосферы. Паблито встрепенулся и крикнул ему в ухо:
– Вперед! Прямо к окну!
С усилием переставляя ноги, мужчина подошел к проему и выглянул наружу. Впереди качалась пустота, а далеко внизу, в клубящемся сером тумане едва просматривались крыши каких-то зданий.
– Спускайся, дорогой! – пропищал Дон Вито. – Немножечко осталось!
Как тисками сдавливало голову и грудь, на лице и руках мелко вибрировала кожа, словно по телу волнами шли разряды неизвестного происхождения. С ощущением, что он находится в толще воды, Феликс забрался на окно и принялся перевешивать сумку за спину. Ворон с крысой дружно вцепились когтями в его плечи и замерли неподвижно, чтобы ни в коем случае ничем не помешать.
Перемахнув через подоконник, Феликс стал спускаться, как рептилия, цепляясь за поверхность стены. Спуск проходил медленно, атмосфера вязкая, как масло не позволяла совершать резких движений. Сплошная, зеркально-гладкая стена здания казалась бесконечной, но вдруг перспектива внизу резко исказилась, выгнулась линзой, отчего крыши домов выстроились в круг и тут же выпрямились обратно. Стена сократилась до двух этажей, и Феликс спрыгнул на асфальт во дворе особняка компании «Gnosis». Стояло ранее свежее утро. Как зеркала блестели ослепшие от солнца окна домов, в отдалении хрустальными колокольчиками звенели птичьи голоса, празднующие начало нового дня.
С ощущением тяжелого комка в груди, как перед первой встречей с солнцем, Феликс обогнул здание и увидел свою машину. «Ауди S8» цвета «Амулет» стояла там, где ее и оставили. Одной рукой придерживая сумку, мужчина направился к автомобилю, зачем-то ожидая пронзительного окрика в спину. Но ничего не произошло. Утренний город жил своей жизнью, не обращая внимания на быстро идущего по улице мужчину с необычными питомцами, смирно сидящими на его плечах.
Открыв заднюю дверь, Феликс устроил ребенка на сидении, туда же определил своих компаньонов и сел за руль. Прежде чем завести двигатель, он осмотрел салон, убедился, что встроенный холодильник с бутылками кокосового молока, выдвижные солнцезащитные панели в дверях, футляр с черными очками в бардачке – всё на своих местах, после чего ослабил узел галстука и повернул ключ в замке зажигания.
Оставшись на заднем сидении, ворон с крысой отдышались, успокоились после пережитых волнений и принялись изучать завернутого в пиджак малыша. Мальчик не спал, но и не плакал. Он спокойно лежал в своей импровизированной люльке и наблюдал, как проплывают светотени по салону движущегося автомобиля.
Вдоволь насмотревшись на милое синеглазое личико, Паблито произнес:
– Назовем его Пабло!
– Почему не Вито? – возразил крыс.
– Зачем нам целых два Вито!
– А целых два Пабло нам зачем! Тоже мне…
– Мы назовем его Леонардо, – вмешался Феликс.
– Почему именно так? – заинтересовался Паблито.
– Когда-то давно должен был сын у меня появиться, имя выбрали, но он не родился.
– Может двойное тогда? – не пожелал сдаваться ворон. – Пабло-Леонардо?
– Вот ты наглый, конечно! – рассердился Дон Вито. – Везде тебе пролезть надо! Леонардо-Вито звучит гораздо интереснее! Феликс, ну скажи, что я прав!
– Погодите немного с этим, хорошо? Не самый горящий вопрос в данную минуту, – ответил он.
И ворон с крысой покладисто притихли. Остановившись на первом светофоре, Феликс достал телефон и набрал номер Германа. Глядя на впередистоящие машины, он слушал длинные гудки, чувствуя, как в груди снова сгущается тяжесть.
– Да? – произнес в трубке знакомый голос.
Феликс медленно закрыл-открыл глаза и сказал:
– Доброе утро, Гера. Как же я рад тебя слышать.
– И я тебя, – парень зевнул. – Всё в порядке? Что-то ты рано.
– Да, всё хорошо. Подумал, совсем мы забросили рекламу нашего агентства. Наверное, стоит найти хорошего журналиста или писателя, пускай о нас напишут.
– Думаешь, поможет? – снова зевнул Гера.
– Почему бы не попробовать.
– Ладно, поищем. У Инны вроде кто-то был какой-то пишущий знакомый, спрошу. Нам срочно нужно?
– Желательно, да.
– Хорошо, сегодня и спрошу. В остальном как обычно – встречаемся в агентстве?
– Как обычно, работаем по графику.
Отложив аппарат, Феликс вынул из футляра черные очки и прикрыл глаза от бьющего в салон солнца.