– Я лишь наемный служащий, – безразлично пожал плечами продавец. – Хозяин велит сменить ценники, я так и делаю.
– Да сколько уж можно? Ведь сущий грабеж…
– После этих нападений все наемные охранники на порядок повысили плату, – встрял в разговор клерк из очереди. – Если барон так и оставит это…
Лакрош выскользнул из лавки, незаметно прихватив крошечный пакетик. Пересуды, недовольные шепотки и косые взгляды – ими полнился город. Пока это были лишь кухонные разговоры, беседы между давними друзьями. Но на площади он заметил пару работяг, что скандировали набившие оскомину лозунги, забравшись на скамейки. И даже их неумелые речевки собирали охочих до развлечений зрителей. Запыленных сюртуков, заляпанных мукой передников и залатанных плащей среди них было большинство, но попадались и камзолы из шелка, и охотничьи куртки, и даже кольчуги и латы стражников. Все иные: гномы, эльфы, нелюди – старались держаться от этих сборищ подальше.
Лакрош видел за свои века достаточно бунтов. В скором будущем может случиться нечто, что заставит выйти на улицы даже сидящих по домам горожан, или же одиночкам надоест мерзнуть на промозглом ветру, и они разойдутся по своим делам, сетуя на бесхребетность и равнодушие недалекого большинства.
Спустя пару минут Лакрош зашел в прохладную лавку мясника. Цены ползли вверх. Тревожные слухи рождали повышенный спрос на самые необходимые товары. И некоторые торговцы решили за счет этого поживиться, будто не понимая, что слишком подорожавшие хлеб, мясо и соль могут заставить выйти на улицы с камнями и дубинами даже робких и ленивых.
На полу магазинчика вампир заметил затоптанную грязными сапогами брошюрку.
«Долой гнилую аристократию! Хватит терпеть кандалы, в которые вас заковали нежить, нелюди и богачи! Свободу и справедливость!» – Целая кипа этих листовок лежала на прилавке, и предприимчивый лавочник сейчас заворачивал в них свиные ребрышки.
Лакрош, воспользовавшись невнимательностью продавца, стащил свежую вырезку и прошел в неприметный коридорчик в конце лавки, что вел к задней двери. Там оказался крошечный тупичок, превращенный то ли в склад, то ли в свалку соседними заведениями. Лакрош тщательно смазал порог и свои следы сочащимся сукровицей куском. А затем укрепил над дверью развернутый пакетик с доброй щепоткой злого жгучего перца.
«Хлеб и соль для дорогого гостя».
Закончив, гном отступил к груде старых ящиков и бочек из-под рыбы в конце проулка. Заметить вампира можно, если знать, что он здесь. Это как увидеть хамелеона – найдешь, только будучи готов. А иначе это будет лишь тень в сумраке, пятно на стене или складка на портьере, которую случайный взгляд минует, даже не задержавшись.
Лакрош закрыл глаза и вошел в транс. Мир исчез, оставив после себя лишь пустую дымку. Знакомое красное облако чужой жизни медленно продиралось сквозь туман, повторяя извилистый путь гнома по мясной лавке. Несколько поворотов – и оно приблизилось к задней двери магазинчика. Существо остановилось. Лакрош уже было забеспокоился, не почуял ли преследователь ловушки. Но тут дверь распахнулась.
Длинноволосый мужчина в охотничьей куртке низко пригнулся к земле. Его ноздри широко раздулись, готовясь глубокого вдохнуть. И именно тогда упавший сверток разлетелся вокруг него жгучим облаком.
Преследователь скорчился в приступе жуткого кашля. Трясясь от удушья и зачем-то пытаясь руками отогнать от себя мельчайший порошок, мужчина слепо зашагал по переулку. Лакрош не сдвинулся с места. Нападать на противника не входило в его планы. Поэтому гном расслабился и замер, сливаясь с окружающим пейзажем городской свалки, в которую усилиями горожан превратился проулок.
Только спустя десяток минут преследовавший его мужчина смог сделать глубокий вдох, не скрючиваясь от кашля и боли. Лакрош мог бы даже посочувствовать ему. Оборотень – а только им незнакомец и мог быть – полностью отдался миру запахов и тут внезапно получил сильнейший – будто дубинкой по носу обычного человека – удар по обонянию.
Кое-как очухавшись, преследователь пару раз попытался вновь засечь запах гнома, покружив по следам возле крыльца. Но теперь с этим лучше бы справился даже горожанин с обонянием, напрочь убитым смогом. Наконец, проворчав пару ласковых слов в адрес вампира, оборотень вышел из переулка. И только тогда Лакрош отделился от дававших ему приют ящиков и коробов.
Охотник отказался от добычи, но кто сказал, что сама охота кончилась? Вампир целеустремленно последовал за незнакомцем.
Гнедая кляча со щуплым всадником в просторной хламиде неспешно трусила по давно не хоженной тропинке. Наездник время от времени сердито ерзал, пытаясь поудобнее пристроить соскальзывавшие с седла кости. Массовая промышленность пока что так и не удосужилась наладить производство специальной сбруи для лишенных плоти граждан, а бюджетных средств на изделие ручной работы, конечно же, не хватало.
