В-четвертых, возможность России влиять на ситуацию на объекте. Теория, согласно которой Кремль мог неофициально, но масштабно поддерживать всевозможные курдские движения, враждебные Эрдогану, имеет право на существование.
Путин по способу мышления индуктивист. Он склонен верить, что технология, когда-то успешно сработавшая, удачно повторит себя и в настоящем, и в будущем. Принудили Турцию – принудим и Запад.
Веха – 4–5 сентября 2016 года, саммит G20 в китайском Ханчжоу. Там был вредно-противный Барак Обама, который уклонялся от глубоких разговоров с российским лидером о судьбах Вселенной. Разве угроза полномасштабной войны на Украине не была причиной перестать выкобениваться и начать-таки диалог с единственным человеком, который способен в корне решить проблему, – Владимиром Путиным?
Тем паче объявлено: «нормандский формат» Кремль больше не устраивает. Ангела Меркель и Франсуа Олланд отныне не выглядят достаточно солидно: не смогли предотвратить кровавый марш-бросок инфернальных водителя и прораба. Только Америка достойна того, чтобы ВВП поговорил с нею о предотвращении великой крови.
Показательно, что из уст представителя РФ при ООН Виталия Чуркина звучало сакраментальное выражение «нож в спину». Так говорили про Эрдогана после уничтожения нашего мирного Су-24. Так теперь говорят про Украину с ее непрофессиональной ДРГ в Крыму. Мы-то, дескать, всецело хотели воплощения Минских соглашений, а они нам тут… Не случайно ведь и диверсионный прорыв поспел к преддверию саммита.
Увы. Полного принуждения Запада к любви по индуктивному путинскому сценарию не будет. Потому что в дивном новом мире возможно всё, но только не возвращение к Ялтинско-Потсдамскому мироустройству.
Смягчение антироссийских санкций ЕС, действительно, возможно. Но 10 августа вероятность такого развития снизилась, а не возросла. Ибо, по преимуществу, не верит Запад в официальную российскую версию, хоть ты тресни. И раздражен он будет всем происходящим скорее, чем умилен.
И здесь мы возвращаемся к главному. К оценке действий г-на Путина с точки зрения Зигмунда Фрейда и Сабины Шпильрейн. «По ту сторону принципа удовольствия». Синдром навязчивого повторения.
Будучи охранителем вверенной его попечению системы, будь то Дом советской культуры в Дрездене, питерская мэрия Анатолия Собчака или оставленная в наследство Борисом Ельциным Российская Федерация, ВВП всегда драматически выгодоприобретал на распаде своей же системы. Сознательно он – жесткий охранитель. Бессознательно – нечто совсем иное.
Доживем пока до Ханчжоу.
Важное правило русского публициста: если ты исписался или кончились сюжеты, а писать по каким-то причинам все равно надо, делай это о В. В. Путине. Хуже не будет.
Но я могу написать еще о великом А. Г. Невзорове, чье влияние на воспаленные русские умы сопоставимо с властью г-на Путина над верноподданным народом РФ.
С любопытством – пополам с трепетом – я посмотрел, наверное, последним в этой стране, видеоблог А. Г. «Антенна веры». Позволю себе напомнить читателям ее основные идеи:
• у всякого верующего человека или общины верующих должен быть свой канал двусторонней связи с божеством или божествами;
• этот канал – некий материальный предмет;
• в авраамических религиях такой предмет – мужской половой член;
• непонятно, зачем такой член нужен Иисусу Христу, который сам, согласно христианской доктрине, есть истинный Бог и потому едва ли нуждается в канале связи с Самим Собою.
Бесспорно, А. Г. Невзоров – большой ученый, в нейрофизиологии познавший толк. Однако же я рискну для начала подвергнуть дружеской критике его позицию по большинству вышеприведенных пунктов. Хотя основной мой посыл, как вы, дорогой читатель, убедитесь чуть ниже и позже, отнюдь не в этой критике.
Итак.
1. Разумеется, взаимодействие с божеством любому верующему необходимо. Однако важно понимать, что для верующего такое взаимодействие: а) всегда реально и дано в ощущении, в том числе в мистическом опыте; б) зачастую есть предпосылка веры и основание для прихода к Господу, а не наоборот.
2. Предлагаемая Александром Глебовичем наивно-фетишистская доктрина сакральной коммуникации имеет мало отношения к истинно духовному пути богообщения, как оно понимается большинством доминирующих религий, совершенно не обязательно монотеистических.
