– Так говорила Арион. Считала, что рхун, владеющий Искусством, может остановить войну и спасти жизни и рхунов, и фрэев. Все время внушала, что я должна стать тем, кем не являюсь. Я была счастлива в роли гусеницы, а она заставляла меня летать.
– Отлично тебя понимаю, – кивнул Гиффорд, устраивая больную ногу поудобнее. – Падефа поступала со мной точно так же, ибо Туфа пфедсказала, что я спасу человечество.
Сури не слышала эту историю. Весьма любопытно, учитывая, что в ней задействована Тура. Особенно интересно, что Гиффорд страдал от такого же проклятия: и от него требовали невозможного.
– Когда я был еще в матефинской утфобе, Туфа сказала, что я побегу быстфее всех и спасу множество жизней. Моя мама умефла в фодах. Она могла не фодить меня, но фодила и, как пфедфекла Туфа, погибла. Когда я появился на свет, все фешили, что Туфа пфосчиталась.
Сури потрясенно кивнула.
– Падефа любила маму, и потому меня возненавидела. И Туфу, навефное, тоже. Она считала, я убил маму зазфя. Я бы сам на себя не поставил, хотя вообще-то не виноват, что таким фодился. – Гиффорд указал на хромую ногу.
– Однако Падера ошиблась. Ты действительно промчался быстрее всех и выиграл забег. Инстарья по имени Плимерат величает тебя Сияющим Ночным Героем или что-то в таком духе. Ты зажег огонь, вызвал гула-рхунов и спас всех нас.
– Не думал, что у меня получится, но, как видишь, получилось. Вдруг Афион пфава, просто вфемя летать еще не пфишло? Только будь настофоже: нужный момент может наступить неожиданно, например, сфеди ночи. Кстати, хочешь добфый совет?
Сури кивнула.
– Надень обувь. Я не надел и потом пожалел.
– Я не ношу обувь.
Гиффорд взглянул на ее ноги, и, пожевав нижнюю губу, заметил:
– Вот и хофошо. Меньше хлопот.
– Тебе не следует со мной разговаривать.
– Почему? Я думал, мы дфузья.
– Нет! – Сури вскочила на ноги. – Мы не друзья и никогда не будем друзьями! Разве не понятно? Я не могу иметь друзей! Никогда! – Она расплакалась.
Гиффорд с трудом поднялся и осторожно положил ладонь ей на плечо.
– Ничего. Фаз мы не можем быть дфузьями, тогда давай станем злейшими вфагами. Легко. – Он с надеждой улыбнулся. – Ну, что скажешь?
Сури вытерла глаза.
– Ненавижу тебя.
– Вот и славно. Для этого и нужны вф…
– Враги?..
Гиффорд кивнул.
– Все еще собифаешься уйти?
Сури вздохнула и пожала плечами.
– Наверное, завтра.
– Завтфа может дождь пойти.
– Посмотрим.
Гиффорд обнял девочку, та обняла его в ответ.
Он сделал первый неловкий шаг по направлению к лагерю, обернулся и произнес:
– Ненавижу тебя, Суфи.
– Я тебя тоже.
И увечный герой, ковыляя, двинулся к палаткам.
Они напали без предупреждения. Фрэи двигаются тихо и быстро. На открытой местности мы сминали их фаэтонами, однако в лесу наши враги превратились в смертоносных призраков.
Время строевых маршей закончилось. Эта традиция умерла вместе с первой тысячей воинов, вошедших в Харвудский лес. Тэш считал себя тысяча первым. Он слышал крики тех, кому удалось вскрикнуть, – таких было немного. Длинная колонна воинов, выстроившихся в шеренгу по четыре, как будто растаяла. Эльфы стреляли бесшумно, их кинжалы били без промаха. Они сидели на деревьях, подстерегали в кустах, закапывались в землю, набрасывались сзади. Прежде чем рхуны успели сообразить, что происходит, сотни бойцов пали мертвыми.
Притаившись в зарослях папоротника, Тэш махнул боевым товарищам – Эдгеру, Аткинсу, Бригаму, Плайну и Тренту. Все шестеро собрались в овраге. Эрес выкрикивал команды, приказывая перегруппироваться.
– Командир хочет, чтобы мы снова встали в строй, – прошептал Плайн.
– Пусть поцелует меня в задницу, – тихо отозвался Тэш. – Ходить здесь строем – самоубийство. Враги повсюду. Надо придумать иной способ.
Он поднял взгляд на деревья. Сквозь густые кроны пробивались солнечные лучи. Послышался хруст палых листьев.
Тэш обнажил оба меча.
– Есть идеи? – с надеждой спросил Эдгер.
– Выискивать и уничтожать. Разобьемся на пары, будем прикрывать друг друга. И не обращайте внимание на звуки.
– В каком смысле?
– Притворитесь, что оглохли. Поверьте, мы их не услышим. Полагайтесь на зрение, но и не слишком ему доверяйте. Предполагаю, мы увидим эльфов за миг до того, как они перережут нам глотки.
Плайн, скривившись, провел пальцами по шее.
– Трент, Плайн, – распорядился Тэш, – будете замыкающими. Я пойду вперед. Аткинс, ты со мной. Бригам, ты с Эдгером, и не забудь, чему я тебя учил. Старайтесь двигаться как можно тише.
Никто не стал перечить, несмотря на то что Аткинс сражался во многих битвах, а Эдгер вдвое превосходил Тэша по возрасту и был Щитом вождя клана Мэлен. Опытные воины завидовали умениям юноши и доверяли чутью. Общеизвестно, что во время опасности люди идут за тем, кто уверен в себе. Тэш научился этому у Нифрона.
