Эра Волка полностью

— Ну, так направьте меня, объясните, где искать.

— Истина — это не теоретическая дисциплина, которую преподают в твоём вузе. Она познается лишь опытным путем, и он всегда индивидуальный. Нет такой универсальной тропы, по которой каждый смог бы пройти, оставаясь невредимым, но есть компас, и этот компас здесь, — она приложила свою сухонькую руку к его груди и печально посмотрела в глаза Дениса. — Мне очень жаль, мальчик мой, мне жаль, что тебе предстоят ещё потери и разочарования, но если ты найдешь то, что ищешь, то в конечном итоге поймешь: все они лишь уроки на твоём пути, а твои беды — результат заблуждений. Когда ты позволишь себе увидеть мир во всей его полноте, а не один единственный краешек из миллиона, ты начнёшь понимать меня. А пока поспи, завтра тебе предстоит обратный путь домой.

— Но я не…

Хельма приложила палец к его губам.

— Здесь ты увидел всё, что должен был, и она увидела, что важнее. Теперь тебе пора обратно, ты понадобишься ей там, — проговорила Хельма своим гипнотическим голосом, снова усыпляя волю Дениса. — Выпей.

Он почувствовал, как в его руке оказалась чашка с горячим настоем и хотел было отказаться, но глаза старой ведьмы снова зазеленились и Денисом овладела апатия и вялость. Хельма поднесла его руку с сосудом к губам, и он послушно выпил всё содержимое, а потом, как уже бывало, так же послушно встал и отправился спать.

Всю ночь ему снилась Хельма, превращающаяся в Ольгу или Ольга, обращающаяся в Хельму. Она смеялась, пела, плакала, кружила над ним, как призрак, а потом растаяла, уступив место другому образу — лаборантке из универа, той самой, что должна была раздобыть для него адрес профессора. Во сне он спал, а девушка пыталась его разбудить, подсовывая к его уху будильник. Когда Денис очнулся, то понял — это не будильник, это звонит его телефон, странным образом молчавший всё то время, что он гонялся за своими треклятыми врагами. Звонила Аня, и, не дивясь уже ничему, Денис снял трубку.

— Алло.

— Денис, это вы? — раздался на том конце встревоженный голос.

— Да, Аня, здравствуйте.

— Я звоню вам уже четыре дня, думала, с вами что-то случилось. Вы просили меня раздобыть адрес профессора, помните?

— Конечно, Анечка, конечно. У вас получилось?

— Да, и телефон, и адрес, всё как вы хотели. Я отправляла вам смс, но они не доходили.

— Да, да, я был вынужден уехать, но скоро вернусь и первым делом собираюсь наведаться к Тропыгину. Пришлите мне, пожалуйста, эти смс ещё раз.

— Хорошо.

— Спасибо, Аня, с меня шоколад и вино. Вы какое предпочитаете?

— Ну что вы, не стоят мои усилия таких трат, — заверила его смутившаяся девушка.

— Не стоит так недооценивать свои усилия, Анечка, это единственное, чего вам не надо делать, — проговорил Денис и, попрощавшись, повесил трубку.

Он выглянул в окно, солнце уже достигло своей наивысшей точки, изливая радостный, золотой свет на этот удивительный мир, к которому Денис благодаря усилиям своей хозяйки всё ещё принадлежал.

У него оставалась масса вопросов, но задать их, как выяснилось, было некому. Когда он вышел из спальни, то обнаружил в пропахшей оладьями кухне лишь Пашу. Хельма уехала, оставив свой дом и его обитателя на беззубую подругу, с которой Денис не желал ничего обсуждать, и не только от того что престарелая вертихвостка смотрела на него плотоядно, но и потому как не видел он в её глазах хельминой мудрости. Старая финка и тут его обдурила — она знала, кого оставить провожать гостя, чтобы тот не задавал лишних вопросов и не задерживался дольше нужного.

Денису хотелось наведаться к одинокому дому, удостовериться, что все его обитатели сбежали, и он теперь пустует, но Паша отговорила его.

— Думаешь, Барсук был единственным прихвостнем этих безбожников? — спросила она, ехидно улыбаясь, и Денис сник, поняв, что Паша, скорее всего, права. — То-то. Хельма мне строго-настрого наказала накормить тебя и обласкать, — беззубая хихикнула, — если захочешь. Но не пускать дальше гаража, где твой тарантас стоит.

— Ладно, ладно, — согласился Денис, решив не испытывать более судьбу в этих чужих и лихих краях, где возможно абсолютно всё. — Я уеду прямо сейчас, если ты проводишь меня к той девушке, что спасла мою жизнь.

— Шутишь? — усмехнулась Паша.

— Нет.

— Её никто не знает. Ну, может, Хельма была лично знакома с ней и ещё Захар, а остальные ведают только, что поселилась в деревне дева необычная, и, дескать, травница наша её больно жалует. Но кто она такая и откудава взялась, никто не знает. Я сама её только раз видела, когда она тебя принесла, и то издали.

— А где поселилась, знаешь? — с надеждой спросил Денис.

Паша отрицательно покачала головой.

— Ладно, покажи мне дом Захара, думаю, она там жила.

— Как знаешь, но я её там ни разу не видела.

— Я всё равно хочу туда наведаться, — настоял Денис.

— Тебе отчего-то трудно отказать, — посетовала Паша, а Денис подумал, что уже слышал эти слова и не раз.