Эрагон стоял рядом с Сапфирой шагах в двадцати пяти от красного шатра Насуады, испытывая огромное облегчение от того, что мучительная история с Эльвой так или иначе закончилась. Но, посмотрев в чистое лазурное небо, он устало понурился: за это утро успело уже произойти столько, что у него почти не осталось сил. Сапфира собиралась слетать к реке Джиет и выкупаться в ее глубоких медлительных водах, а Эрагон все никак не мог определить, что ему сделать в первую очередь. Нужно было непременно привести в порядок доспехи, приготовиться к свадьбе Рорана и Катрины, посетить Джоада, выбрать себе подходящий меч в оружейной, а также… Эрагон задумчиво поскреб подбородок.
«Тебя долго не будет?» – мысленно спросил он Сапфиру.
Сапфира развернула крылья, готовясь взлететь. «Несколько часов. Я голодна. Искупаюсь и сразу займусь охотой; я уже приметила парочку весьма упитанных оленей на западном берегу реки. Впрочем, вардены поохотились тут на славу, так что мне, возможно, придется пролететь с полдюжины лиг в сторону Спайна, прежде чем я найду дичь, достойную охоты».
«Не забирайся слишком далеко, – предупредил он ее, – не то встретишься с кем-нибудь из приятелей Гальбаторикса».
«Не буду, но если случайно наткнусь на отряд его воинов… – она облизнулась, – то с удовольствием предприму короткий бой. Кроме того, у человечины вкус почти такой же, как у оленины».
«Сапфира, не смей!»
Глаза драконихи сверкнули.
«Может, я и не стану на них нападать. А может, и стану. В зависимости от того, вооружены ли они. Терпеть не могу прокусывать металлические доспехи, да и выковыривать пищу из такой скорлупы приятного мало».
«Понятно. – Эрагон глянул в сторону ближайшего к ним эльфа, высокой женщины с серебристыми волосами. – Эльфы будут недовольны, если ты улетишь одна. Может, возьмешь парочку себе на спину? Иначе им за тобой не угнаться».
«Не сегодня. Сегодня я желаю поохотиться в полном одиночестве! – С шумом взмахнув крыльями, Сапфира взлетела, плавно развернулась в поднебесье и полетела на запад, в сторону реки Джиет. Теперь ее голос в ушах Эрагона звучал слабее, однако он вполне расслышал: – Когда я вернусь, мы полетим вместе, хорошо, маленький брат?»
«Да, когда ты вернешься, мы полетим вместе и только вдвоем».
То, с каким удовольствием она это предложила, заставило его улыбнуться, и он еще долго смотрел, как она стрелой мчится к западу. Однако вскоре ему пришлось опустить глаза: к нему подбежал Блёдхгарм, бесшумный и гибкий, как лесной кот. Эльф спросил, куда это направляется Сапфира, и был явно недоволен объяснениями Эрагона, но если у него и были какие-то возражения, он оставил их при себе.
– Правильно, – сказал себе Эрагон, когда Блёдхгарм вернулся к остальным эльфам. – Сперва самое важное.
И широкими шагами направился через лагерь, пока не нашел просторную площадь, где около тридцати варденов упражнялись с самыми различными видами оружия. К его огромному облегчению, они были слишком увлечены тренировкой, чтобы заметить его присутствие. Присев на корточки, он положил правую руку ладонью вверх на утоптанную землю и выбрал слова древнего языка, которые ему понадобятся при произнесении заклинания. Затем тихо пробормотал:
– Кулдр, рийза лам йет ун малтхинае унин бёллр.
Земля под его рукой, казалось, ничуть не изменилась, хотя он-то чувствовал, как заклятье проникает вглубь на сотни футов во всех направлениях. Не более чем секунд через пять поверхность земли закипела, точно вода в котелке, забытом на огне, и из нее стало исходить ярко-желтое свечение. Эрагон научился у Оромиса тому, что, куда бы ты ни пошел, всюду в земле почти наверняка имеются мельчайшие частицы абсолютно всех веществ; и даже если они там находятся в слишком малом количестве, чтобы их можно было добывать привычным шахтерским способом, знающий маг может, в общем – хотя и затратив весьма значительные усилия, – извлечь их.
В центре желтого пятна вскоре взвился фонтанчик сверкающих искр, которые так и посыпались к Эрагону на ладонь, где каждая такая искорка сразу же как бы сливалась с соседней; в итоге у него на ладони оказалось три шарика чистого золота размером с лесной орех.
