Ничего не скажу насчет себя, но вот Кисс, когда спрятал под этот самый тюрбан свои светлые волосы, стал почти неотличим от местного жителя. Единственное, что выделялось на его лице - так это непривычно светлые глаза. Впрочем, в этих местах у границы хватало людей, рожденных от представителей самых разных рас, так что подобная особенность внешности Кисса хотя и была заметна, но пока что не привлекала к себе особо пристального внимания.
Эти самые тюрбаны были удобны еще и тем, что одним концом шарфа, свисающего с тюрбана, можно было прикрыть нижнюю часть лица. Кстати, очень многие из местных поступали именно так. Естественно, что и мы постарались не отступать от здешних правил, что нас просто-таки спасало от излишнего внимания.
Тем не менее за день нас останавливали не менее пяти раз, и если бы не Кисс, которого по выговору было невозможно отличить от здешнего уроженца, то нам пришлось бы тяжело. Что касается меня - то я лишний раз старалась помалкивать: увы, но при том, что хотя я прекрасно понимаю все, что говорят окружающие нас люди, но вот сама на чужом языке говорить не могу. Ну не дано мне этого! Правда, как-то я все же попыталась это сделать - изречь несколько фраз на языке Валниена, но все тот же Кисс затыкал свои уши и требовал, чтобы я прекратила терзать его слух немыслимо жуткими звуками - он, дескать, еще хочет пожить с нормальными, а не свихнутыми набок мозгами.
Сейчас, когда нас останавливали для проверки, Кисс говорил всем одно и то же: что-то с женой приключилось, онемела после болезни, хотя все слышит и понимает. Оттого-то мол, к толковому колдуну ее и везу… Очередная пара монет благополучно решала дело, и нам дозволялось ехать дальше.
Меня настораживало еще одно: на дороге мы неоднократно встречали колдунов, как в сопровождении охраны, так и тех, кто находился с военными отрядами. Пусть я прикрыла и Кисса и себя маскировочным пологом, но если умелый колдун будет всматриваться в нас, то сумеет понять, что за мрачными мыслями о малом урожае и нехватке денег на ремонт дома скрывается нечто совершенно иное… Одна надежда на то, что сейчас колдунам не до того, чтоб внимательно изучать каждого из встреченных ими на дороге людей - все же для этого надо тратить немало сил.
И все же меня беспокоили воспоминания о тех убитых пограничниках и наемниках. Выждав время, когда мы оказались одни на дороге, я спросила парня:
- Кисс, а те, наши преследователи… Ну, те, убитые… Их ведь искать будут! Даже я понимаю: солдат нет на месте в такое время, когда объявлено что-то вроде тревоги!.. Когда найдут тела, тот прежде всего подумают на нас!
- Особо не беспокойся. Пока не найдут их тела, и не разберутся, откуда они взялись и кто такие - до того времени этих людей искать не будут. Раз они покинули свои отряды, то, значит, сумели каким-то образом договориться со своим начальством о временной отлучке. Им же надо было время, чтоб найти этих двух лопухов, то есть нас, и продать их… Не сомневаюсь, что их начальство в доле…
- Но эти люди убиты!
- И что? Это такой народ: решили ненадолго остановиться, испытать судьбу… А дальше все просто: одного из этой милой компании прихватили на шулерстве, и пошло-поехало… Думаю, начальство постарается замазать эту историю, не даст ей ходу. Иначе это может быть чревато уже для них самих - выяснится, что их подчиненные направились вслед за похитителем людей, которого сами же до того пропустили в глубь страны. Значит, подобное произошло по сговору, а за такое может хорошо попасть. Сама понимаешь: о любых нарушениях границы надо сразу же докладывать начальству, и тут уже не важно, кто этот нарушитель - торговец живым товаром, или случайно забредший крестьянин.
- Так как же будут объяснять смерть четырех человек?
- Скажут, что те самовольно покинули свой пост - дезертиры, одним словом… Дескать, проехали искать развлечений, и игральные кости в этом случае объясняют многое, если не все…
В небольшой городок Бата"е мы приехали во вторую половину дня. Здесь нам следовало кое-что сделать для того, чтоб в последующем пути как можно меньше привлекать к себе внимание.
Прежде всего Кисс прошелся по местному рынку и купил нам простую одежду из хлопка, которую в Нерге обычно носят небогатые люди - широкие штаны и длинная, чуть ли не до колен, рубаха с капюшоном. Затем он договорился с одним из торговцев о том, что тот завтра с утра пригонит сюда небольшую повозку - дескать, заболевшую жену надо везти дальше, а в ее нынешнем состоянии ездок на лошади никакой, так что надо обзаводиться каким-то средством передвижения. После ожесточенного спора мужчины ударили по рукам. Что ж, хорошо - значит, дальше будем продолжать путь в повозке.
