— Я знаю. Твой голос так же расколот, как и твоя душа. Это доступно моему психическому ощущению — я вижу два лица, четыре глаза и две улыбки. Этого больше никто не заметит, разве что мой брат Магнус. Но для того, чтобы узнать истину, достаточно просто прислушаться. Аргел Тал, о твоем несчастье проведают даже уши смертных. Ты должен научиться скрывать этот изъян.
Капитан нерешительно помолчал.
— Я был убежден, что, после того как расскажу тебе об этом, меня уничтожат.
— Это один из возможных вариантов, сын мой. Но твоя смерть не доставит мне никакого удовольствия.
— А Зубчатое Солнце будет стерто из архивов легиона?
Прежде чем ответить, Лоргар посыпал пергамент мельчайшим песком, чтобы быстрее высохли чернила.
— А почему ты об этом спрашиваешь?
— Потому что прежде он состоял из трехсот верных тебе воинов, а теперь осталась едва ли сотня. Из трех рот наберется только одна. Деймос погиб, убит на Кадии. Сотня наших братьев затерялась в шторме и вместе со «Щитом Скаруса» стала добычей варпа. А теперь и моя рота вернулась сломленной и… изменившейся.
— Зубчатое Солнце навсегда останется уроком для легиона, — сказал Лоргар. — Независимо от того, чем закончится паломничество. О некоторых вещах нельзя забывать.
Аргел Тал вздохнул. Вместе с выдохом раздался странный шепот. Нечто смеялось.
— Мой лорд, я не хочу говорить о Кадии. Тебе и так известно все, что я знаю о произошедшем на поверхности. Ночи дискуссий с Ингетель и старейшинами племени. Сравнение наших звездных карт с их грубыми рисунками неба. Их пиктограммы Ока Ужаса, совпадение кадианских изображений шторма с нашими свитками времен Старой Веры. — Аргел Тал рассмеялся, но в его голосе не было веселья. — Как будто нам было мало доказательств.
Лоргар окинул его пристальным взглядом.
— Что такое, мой лорд?
— Шторм, который терзает субсектор. Ты назвал его Оком Ужаса.
Аргел Тал замер.
— Это… Да. Именно так его будут называть. Когда оно шире распахнется в пространстве, когда дрожащий Империум увидит в нем преисподнюю своей Галактики. Это трагическое название, данное звездными странниками величайшей тайне глубин. Оно будет нанесено на карты и обозначено точными координатами в базах данных. Человечество даст ему это имя, как ребенок, дающий имена собственным страхам.
— Аргел Тал.
— Мой лорд?
— Кто говорит сейчас со мной? Это не твой голос.
Капитан открыл глаза. Но не мог вспомнить, чтобы их закрывал.
— Оно не имеет имени.
Лоргар помолчал.
