— Медяка хватит? — улыбнулся ему Крысолов, а мальчишка радостно закивал головой. — Дам серебряный, если скажешь кто в соседней комнате.
— Нэ-ка-го, — с трудом, по слогам произнёс "цыганёнок" и на его ладонь упала сверкающая монетка.
— Если кто-нибудь захочет туда заселиться — предупреди меня, и получишь ещё одну.
Пацанёнок радостно кивнул, сунул Кайсу масляную лампу и побежал вниз по лестнице, на ходу пробуя монету на зуб.
— Открывай, — велел мне Крысолов, указывая на нужную нам дверь. — Заходи.
Я взялся за стальную петлю, что выполняла функцию ручки, и пихнул дверь. Ничего не вышло — заперто. Попробовал на себя — история повторилась.
— Подвинься, — велел мне Кайс, а когда я отодвинулся в сторону, тот пихнул дверь, которая с легкостью распахнулась. — Заходи.
— А это как так? — удивлённо спросил я.
— Так же, как и с сумкой, — пояснил он.
— А что с сумкой? — не понял я его ответ.
— Заходи — объясню.
В центре вытянутой комнаты стоял узкий, длинный стол, на котором в окружении десятка пустых стеклянных бутылок горел тусклый огонёк лампы. Причудливые, разноцветные пятна света, прошедшие сквозь цветное стекло пустой тары, раскрасили стены игривой мозаикой, добавив в серый интерьер радужные тона.
— Кажется, что тут кто-то сдох, — предположил я, закрывая нос краем капюшона, пряча его от дикого микса неприятных запахов, среди которых доминировали сильнейший перегар, резкая вонь человеческого пота и протухшей рыбы.
— Я был бы этому рад, — весело сказал мне Кайс. — Но это всего лишь обычный аромат человека, который составит нам компанию в предстоящем путешествии.
— Это и есть Вершок?
— Он самый, — подтвердил мою догадку Кайс. — Эй, алкаш вонючий, ты защиту поставил? Тут говорить можно?
— Аб-ды-мэ ду-у-у, — тяжело протянул пьяный голос из дальнего угла, скрытого от нас полумраком.
— Точно? — переспросил Крысолов.
— Дэ-э-э, — подтвердил голос из темноты.
— Сматерись, — обратился ко мне Кайс.
— Зачем? — удивлённо спросил я.
— Надо так. Сматерись и я дам тебе ответы на все вопросы.
— Пидарас, — выдал я, с вызовом глядя на Крысолова.
— Голова кружится? — спросил он меня, не обращая внимания на мою провокацию.
— Вроде нет.
— Сматерись ещё.
— Ебаный пида… — только и успел сказать я, как почувствовал, что меня словно ударили кулаком в нос, из которого тут же медленно потекла кровь. Я взвизгнул и заорал на довольного проверкой Кайса. — Чё за нафиг — больно же!
— Так работает магическая защита от любопытных ушей, — пояснил мне тот. — Сейчас дождёмся еду, и приступим к разговору.
За дверью словно ждали позволения и, как только он сказал это, раздался негромкий стук. Кайс впустил в комнату троих человек с большими деревянными разносами, на которых располагалось немереное количество еды.
— Пустые бутылки заберите, — велел им Крысолов. — И пойло нам не нужно — уносите его обратно.
— Развлечься не желаете, — предложила ему сисястая толстуха без верхних передних зубов. — Очень качественно и цены не кусаются.
Говоря это, она клацнула редкими зубами, изобразив страстный укус похотливой самки, но это вызвало у меня только приступ тошноты.
— Не в этот раз, красавица, — ответил Кайс и указал ей на выход.
— Или не в этой жизни, — добавил я, тем самым привлекая к себе её внимание.
— А-а-а, понятно — любители "утешных мальчиков", — умозаключила она, пристально изучив меня.
— Иди-иди, красавица, — подтолкнул Кайс её в спину, и захлопнул дверь. Повернулся и сказал мне. — Утром я сбрею твою женоподобную причёску.
— Нормальная причёска — у нас все так ходят.
— А чёлка до подбородка — это тоже нормально? — поинтересовался Крысолов. — Хотя, если хочешь чтобы тебя тут каждая кабацкая прошмандовка считала "утешным мальчишкой" — носи на здоровье.
— Закрыли тему, — буркнул я. — Начинай рассказ.
— Прошу к столу, — жестом пригласил меня Кайс, уселся на скрипучую скамейку, оторвал кусок белого хлеба, сунул его в рот, прожевал и начал приоткрывать завесу тайны моего появления в этом Мире. — Ты не первый и, думаю, не последний человек из твоего Мира, который попал сюда. Началось всё очень давно. Когда и кто был первым — никто не может сказать точно, так же, как и зачем вы тут появляетесь. Многие из вас погибают сразу после появления — как твои друзья, — других спасаем мы. К кому не успеваем мы или голодные животные, те выходят к людям, а местные сдают их инквизиторам Церкви Триединства, но такое бывает только в Трагарде. В остальных местах вас забивают насмерть, четвертуют и закапывают поглубже, но перед этим отрубают голову и сжигают её. Почему? Потому что вас считают еретиками, разрушителями устоев этого Мира. Церковь внушили людям, и её доводы не безосновательны, что вы нарушители привычного мироустройства. Вы — предвестники воин, неурожаев, болезней и моров скота.
— А на самом деле? — спросил я его, пережёвывая копчёное мясо.
