— Получается, что время здесь течёт иначе, — предположил я, и уставился на Зигана, надеясь увидеть его улыбку, и услышать его смех. Но он по-прежнему был серьёзным. — Если всё это правда, то и мы можем выйти отсюда спустя триста лет. И что тогда будет?
— Во-первых, нам ещё нужно исхитриться, как акробатам бродячего цирка, дотянуться немытыми мордами до собственных задниц, и выбраться отсюда. Во-вторых, нихера в Трагарде не изменится ни за триста, ни за пятьсот лет. Как была нищета, грязь, выродки церковники и шлюха Жанна, так всё и останется, — ответил маг, харкнув на нижние ступени лестницы. — Останется Магистр и Магистрат. Туда мы и направимся.
— Почему Кайса зовут Кайсом?
— Ну, про "Крысолова" ты уже знаешь, — Вершок поднялся на ноги, и снова подошёл к стене, за которой исчез император Лакс. — Так его начали называть ещё в столице, когда он помогал Икасу искать "крыс" среди своих, а вот Кайсом его назвал Магистр. Сделал он это как бы в насмешку. Вот только в чей адрес эта насмешка — непонятно. Это имя понравилось крысиной роже, и он стал так называться.
— Но, это опасно. Вдруг…
— Да, перестань ты, — перебил меня Зиган, сразу же поняв, о чём я говорю. — Думаешь, кто-нибудь помнит то, что двадцатилетнего сопляка Олаза называли Крысоловом? Не смеши меня, еретик, не смеши.
— А что значит "Кайс"?
Э-э-э-э… — начал было Вершок, но взглянув мне за спину, протянул одну букву, и замолчал.
— Зиган, болтливый ублюдок, ты верно сказал про насмешки. Я ходячая насмешка над самим собой, над богами и Церковью, над родом Цедриков и главное: само моё появление на свет, это плевок в сторону Жанны — мерзкой шлюхи… — Услышал я голос Крысолова за своей спиной. — Магистр назвал меня Кайзер, и тебе должно быть знакомо это слово, потому как оно из твоего Мира. На одном из ваших языков, оно означает "император". Но, имя "Кайзер" и даже "Кайз" тяжелы для произношения на трагардском, и поэтому я изменил последнюю букву на более приятную "с". Так и появился Кайс Крысолов.
"Спаситель" — он снова спас меня. Кинжал, что был украден мной из императорской библиотеки, помог избавиться от монстра, и, скорее всего, стал пропуском в сакральные покои Лакса Цедрика. Но, к моему сожалению, он спас не только меня, но и смертельно неприятного мне Вершка. Так же, он приоткрыл нам завесу тайны, что зовётся Божественной Свободой.
— Почему ты не рассказал всё это раньше? — докучал я Кайсу, пока тот исследовал стену, сквозь которую прошли император и Ханлаз. — Куда исчезли твои руки?.. А следы от них остались?.. А Жанна до сих пор четырёхрукая?…
— Заткнись!!! — заорал на меня Вершок, и оттолкнул от Крысолова. — Не мешай ему!
В момент, когда я отскочил от Зигана, тот остался стоять спиной к нашему другу, на одной линии между мной и Крысоловом. Именно поэтому он не мог видеть стремительного преображения Кайса. На теле главного героя недавней истории начали вздуваться крупные водянистые пузыри. Сквозь натянутую кожу этих волдырей проглядывали синюшные, пульсирующие жилы. Его одежда пошла рельефными буграми, как у мощного атлета, что напряг свои могучие мышцы. Несколько мгновений, и ткань с треском разорвалась, обнажая всё нарастающие пузыри.
Как ни странно, Вершок среагировал раньше меня — человека, который всё это видел. Не знаю, что именно показалось странным Зигану — выражение моего лица или неожиданный звук рвущейся одежды, — но он чуть пригнулся и прыгнул в сторону коридора, откуда и вышел Лжекайс. Одновременно с тем, как Вершок коснулся пола, сгруппировался и перекатился через плечо, надувшиеся до предела волдыри на теле монстра лопнули. Все и сразу. Брызги зловонной жидкости, что наполняла пузыри, устремились во все стороны от существа. Я отпрыгнул назад, чтобы эта мерзкая мутно-кровавая субстанция не попала на меня. Именно в этот момент монстр, что теперь лишь отдалённо напоминал человека, бросился на Зигана. Костлявыми руками, с которых свисали желейные, кровоточащие мышцы, порождение Дома Цедрика вцепилось в горло Вершка. Словно иссечённый ножом, а после обваренный в кипятке, череп существа медленно приближался к лицу мага. Жёлто-чёрные, кривые, но чертовски острые зубы клацали в предвкушении свежего мяса. С губ — лохмотьев чудовища на перекошенное от ужаса лицо Вершка стекала кровавая слюна. Зиган в панике вцепился в глотку монстра, но его пальцы неестественно легко вошли в мягкую плоть существа, разодрали её, и вырвались наружу.
Лицо чародея побагровело от давления костлявых пальцев на его шею. Глаза налились кровью, и вот-вот были готовы вырваться из орбит. В последнюю секунду Вершок успел схватить существо за верхнюю часть груди, и вонзить большие пальцы между рёбер, а всеми остальными ухватиться за ключицы своего душителя. Монстр никак не отреагировал на это. Совершенно не обращая внимания на рваные раны в своём теле, существо продолжало сдавливать захват на шее мага и тянуться зубами к его лицу.
