— Ты видел флягу Кайса. В ней сложный отвар — концентрат светоча, — посвящал меня Вершок в тайны запретной магии, с которыми он был знаком только понаслышке. — Его может выпить живой, чтобы восстановить утраченное, его можно дать испить израненному, чтобы тот скорее шел на поправку, но, сколько бы ты не влил этой жидкости в мёртвого, он ни за что не оживёт. А ещё, есть иной способ передачи светоча — бестелесный. Как раз этим способом можно вселить Жизнь в мертвеца…
— Вторая Жизнь, — добавил я.
— Именно. Как долго проживёт такой человек, и насколько он будет похож на того, кем был до смерти — зависит от силы некроманта. Единственный известный человек, кому было такое подвластно — тот самый Некромант, о котором тебе рассказывал Кайс. Армии его марионеток ничем не отличались от живых. Они даже не пахли мертвечиной и не чернели на солнце.
— И что, если я попрактикуюсь в этом, тоже смогу поднимать трупы?
— Вряд ли, — маг скривил физиономию в скептической гримасе. — Не думаю, что ты…
Он замолчал на полуслове, сожалеюще взглянув на меня.
— Что я смогу или успею этому научиться до того, как меня отправят домой? — спросил я, уже понимая, что если последует правдивый ответ, то он будет совершенно иным.
— В этом Мире ты многого не понимаешь, но одну вещь ты, наверно, уже понял. Если нет, то я скажу тебе её, чтобы потом не возникло вопросов. Никто не допустит того, чтобы появился ещё один Некромант. Трагард этого не переживёт.
— Ты или твой Магистр убьёте меня?
— О, нет, еретик, — я почувствовал, что во тьме, царящей в глазах чародея, начали вспыхивать искорки ненависти, хотя внешне он оставался спокоен. — Смерти тебе не видать. Так же, как и…
— Возвращения домой, — добавил я за него.
Отпрыгнув в сторону, я выхватил "Спасителя", и начал медленно пятиться назад.
— Я не буду подопытной крысой в руках твоего Магистра. Опусти меня или…
— Что "или"? — рассмеялся маг, и кисти его рук окутало дьявольское, изумрудное свечение. — Что ты сделаешь? Убьёшь меня этой хренотенью?
Скорее всего, та магия, что он использовал, должна была обездвижить или подчинить меня. Но, все его попытки были тщетны. Заклинания Вершка бесследно растворялись в пространстве, лишь касались меня. Что это? Ещё один дар Дома Цедрика, который я получил неизвестно за что и зачем, или слабость чародея, не оправившегося после потеря светоча? Я больше склонялся к первому варианту, тем более, это подтверждало недоумевающее лицо мага.
— Да, раздерите меня бесы! — закричал Зиган, упал на колени, и ударил кулаками по земле.
Почва под моими ногами вспучилась и, будто от подземного взрыва взметнулась вверх, подбросив меня на пару метров в воздух.
Приземление было довольно мягким, но вот пинок по лицу, который я получил сапогом Вершка в тот момент, когда попробовал подняться, был жёстким. Свет в глазах медленно угасал. Побеждённый, я погружался во мрак сознания, но кое-что интересное я успел увидеть перед окончательным забвением…
Зиган упал на колени рядом со мной, и безвольно опустил руки. Его глаза закатились за верхние веки, голова запрокинулась назад, и он рухнул рядом со мной…
Убить или пощадить? Прирезать, как последнюю тварь, или позволить ему и дальше мучиться, проживая свою никчёмную жизнь?
Да, вы правы, я очнулся раньше Вершка. Он лежал, уткнувшись мордой в сырую, опавшую с деревьев листву. Слабое вздымание спины говорило о том, что эта сволочь жива. Прав был Кайс, говоря о том, что этого ублюдка ничего не берёт. Ничего из этого Мира. Но я не часть их Мира. Я чужой здесь — я еретик, и именно мне суждено прервать жизнь выродка.
Честно, искренне говорю вам, что я пытался найти хоть одну причину, чтобы не делать этого, и я её нашёл. Пуговицы. Златан должен их получить… Но, ради этого вновь должны погибнуть люди… Нет, это не повод оставлять ему жизнь. Я взвалю на себя эту ношу, и исполню обещание, данное Зиганом своему сыну. Четыре золотые пуговицы перекочевали из кармана Вершка в мой. Затем, я пообещал бесчувственному магу, что раздобуду недостающие, отыщу могилу его сына, и оставлю их там…
"Что теперь? Как именно убить его? Зарезать или вытянуть из него остатки жизненной силы? Нож — использую его" — решил я, и шагнул к телу чародея. — "Стой! Ведь можно сделать это иначе!"
Спрятал кинжал в голенище сапога, и уставился на Вершка. Из-под его тела медленно поползла тоненькая, чёрная, дымчатая струйка остатков жизни. За этим занятием я совершенно не обратил внимания на то, что с той стороны, откуда некоторое время назад пришли мы, шёл человек. Одной рукой он держал меч, другой сжимал лямку сумки, которую волочил за собой по желтой, опавшей листве.
— Олаз? — донёсся до меня голос Кайса. — Это ты?
От неожиданности я вздрогнул, напугано отшагнул назад, чем оборвал тонкую нить чёрного дыма. Часть его вернулась к хозяину, чего я совершенно не хотел.
"Он всё ещё живой!" — закричал мой разум. — "Он очнётся, расскажет всё Кайсу, и тогда мне конец!"
— Зиган! — крикнул Крысолов, бросился к Вершку, и одним рывком перевернул его на спину. — Что случилось? Что с ним?!
