Я, правда, вчера выступил по телевизору с недвусмысленным заявлением от имени Спасителя. Прозрачно намекнул, что судьбу Фиолетовых разделит любой, кто прогневит Мессию. Лишаться Дара пока никто не захотел.
Мне, конечно, тоже полагалась нехилая такая часть захваченных земель. Я претендовал на удел барона Фика. Собственно, как раз собирался обсудить это с Шуваловым при передаче симбионтов. Отчасти я и захватил их, чтобы его задобрить и склонить удовлетворить мои притязания.
Князь поставил резервуар на стол и показал на кресло, предлагая сесть.
Мы расположились напротив друг друга.
— Итак, — начал он, глядя на меня. — Полагаю, у тебя есть предложения по поводу дальнейших действий. Если да, готов выслушать.
— Имеется пара идей, Ваша Светлость. Предлагаю развить достигнутый успех. Глупо останавливаться сейчас, когда войска в боевой готовности. Да, нам требуется пополнение, но быка лучше брать за рога, как говорится. Мы можем объявить набор рекрутов и при этом действовать дальше.
Шувалов приподнял брови.
— Дальше? Что ты имеешь в виду, Николай?
— Вы и сами об этом думали, полагаю. Я говорю о смене династии.
Повисла пауза. Но по глазам собеседника я видел, что попал в точку. Шувалов уже прикидывал, не устроить ли переворот. Ему было прекрасно известно — как и всем в городе — что недовольство Белым кланом растёт. Прекращение поставок, на которых держалась его власть, здорово ударила по Голицыным.
— Ты говоришь крамольные вещи, Николай, — заметил Шувалов, глядя на меня изучающе.
— Разве власть в империи считается священной? Насколько мне известно, династии уже менялись. Голицыны не первые, кто правит Камнегорском.
— Так и есть, — кивнул Шувалов.
— Ну, и почему бы не сменить ослабевшего вожака на троне? Как по мне, именно сейчас у нас есть шанс. Наши союзники жаждут наживы, они пойдут за нами, если их позвать. Показать им приманку.
— Не дожидаясь дележа земель Фиолетовых?
Я кивнул.
— Именно сейчас. По горячим следам успеха.
— Как бы мы сами не оказались не у дел. Наши союзники сильнее нас.
— Если объединятся.
— И что может им помешать?
— Нас поддерживает народ.
— Ты имеешь в виду — если ты встанешь во главе переворота, — холодно улыбнулся князь. — В качестве пророка.
Я развёл руками.
— У меня нет цели вас подсидеть, Ваша Светлость. Я лишь говорю, что мы можем использовать мою популярность.
— Рад слышать, — сказал Шувалов. — Но нужно кое-что посерьёзней того, что ты перечислил, чтобы склонить чашу весов в нашу сторону окончательно. И чтобы не допустить объединения наших нынешних созников во вражескую коалицию.
— Я понимаю, что вы имеете в виду, Пётр Дмитриевич. Вам нужны гарантии, что Мессия лишит Даров всех, кто посмеет выступить против нас.
— Всё верно. Это реально?
— Полагаю, да. Если война за трон будет священной, разумеется.
— А для этого нужно, чтобы Белый клан оказался не угоден Спасителю.
Шувалов буквально сверлил меня взглядом, пытаясь понять, могу ли я лишать Даров сам, или мне, действительно, требуется для этого помощь Мессии. Вероятно, в последнее время он уже не был полностью уверен ни в чём.
— Как же он может быть угоден, если не в состоянии защитить народ? — улыбнулся я.
— Пока что это не очевидно. Хотя, конечно, Белые утратили свои ведущие позиции, когда ты так… триумфально вылез на первый план. Признаться, я начинаю за тебя опасаться, Николай. Очень многие желают твоей смерти.
— Вероятно, и Белый клан. Из любимчиков в помеху, так сказать.
Шувалов кивнул.
— Хорошо, что ты это понимаешь.
— Понимаю, Ваша Светлость. И не предлагаю дискредитировать Белый клан так же быстро и решительно, как Фиолетовый. Это может вызвать обратный эффект. Но постепенно подтачивать репутацию правящего рода, как мне кажется, самое время.
— Насколько постепенно? Ты только что говорил о том, что действовать следует немедленно.
— Победа требует подготовки. Предоставьте это мне, и за пару недель, которые сейчас никакой роли не играют, я всё сделаю.
Шувалов прищурился.
— Ты же понимаешь, что на кону очень многое. И я должен довериться тебе? Не зная деталей.
— Разве я вас подводил?
— Нет, но сейчас ситуация другая. Ставки слишком высоки. У нас нет права на ошибку.
— Но и отказаться от возможности изменить всё — тоже.
Шувалов задумчиво почесал подбородок. Было заметно, что он ещё не определился окончательно, хотя знает, что я прав, и сам уже думал о том, чтобы развить успех. Как говорится, плох тот солдат, который не желает стать генералом. Ну, или клан, не стремящийся к трону.
— За две недели многое может измениться, — проговорил князь, взглянув на меня. — Как в нашу пользу, так и нет.
— Думаю, мы оба понимаем, что действовать следует сейчас или никогда. Белый клан на троне не удержится. Его падение — вопрос времени. И кто-то займёт место нынешней правящей династии. Почему бы не Шуваловым?
Мой собеседник поднялся. Я тоже встал.
— Действуй, Николай, — кивнул князь, протягивая руку. — Но будешь мне отчитываться. Без самодеятельности, договорились? Никаких несогласованных действий. Теперь мы или вместе, или…
