Эридон. Игры судьбы полностью

Андрас Калести

День близился к вечеру. Через несколько часов начнется бал.

Не моя это стихия, но правила есть правила.

Нас тут не просто так угощают вином и закусками, всё это является частью политической игры. И в этот раз мы не можем позволить себе проиграть. Поэтому я шел к наследнице, вернувшейся из поездки с архонтом, чтобы понять, как она поведёт себя сегодня.

Когда я вошел к Астарте, она стояла у окна, глядя куда-то вдаль и перебирая пальцами тонкий ободок золотого браслета. Ветер из открытого окна играл прядями рыжих волос и полупрозрачными оконными занавесями. Первое, на что я сразу обратил внимание: наследница выглядела как-то иначе. И дело было не в осанке и не в одежде.

Я уже привык, что её взгляд оставался холодным и отстраненным даже в те моменты, когда она смеялась. Но сейчас я увидел, что принцесса улыбается, стоя возле окна. И этот миг перенёс меня в почти забытое прошлое, в её родовой дворец до войны, где она родилась и выросла. Сейчас я видел улыбку той самой Астарты, которая могла смеяться без страха, что за этим последует боль.

Боги! Что бы ни предпринял Элдарион — он сумел сделать то, что оказалось не по силам ни мне, ни Риансу, ни даже её отцу. И я ему благодарен за это.

Я вышел из покоев молча, не мешая. И направился туда, где, по моим догадкам, должен быть архонт. За время, что они отсутствовали, я успел изучить каждый уголок этого дворца. Странно, но логика в его архитектуре меня успокаивала: в этом здании всё знало своё место. И некоторые предпочтения архонта мне тоже были знакомы. Например, когда дворец полон гостей, он предпочитает находиться там, где можно спокойно поразмышлять. Значит, он либо в зале карт, либо в кабинете. Ставлю на второе.

Вопреки своему обыкновению, я не знал, что именно хочу ему сказать, но понимал одно: я должен его найти. Может быть, просто сказать «спасибо», может быть, убедиться в том, что он тоже увидел, какой шаг сделала Астарта.

Дверь в кабинет была приоткрыта, и я остановился у порога. Внутри была тишина, нарушаемая только лёгким скрипом пера, скользящего по пергаменту, и потрескиванием горящих в камине поленьев.

Собравшись с духом, я шагнул внутрь и остановился. Архонт, сидевший за большим письменным столом, неторопливо вывел ещё несколько символов на пергаменте, затем аккуратно вставил перо в чернильницу и, сцепив пальцы, откинулся на спинку стула. Наши взгляды встретились.

– Я ждал тебя, – в голосе повелителя эльфов не было ни удивления, ни вопроса – лишь спокойное утверждение.

Я закрыл за собой дверь, склонил голову в традиционном приветствии.

– Ждал? – голос прозвучал глухо.

Я сам не ожидал, что спрошу это вслух.

Эльф положил руки на стол, его взгляд оставался внимательным, но без навязчивого изучения.

– Был уверен, что ты придешь, – подтвердил он и жестом предложил сесть в кресло рядом со столом.

Я опустился в кресло напротив. Открыл рот – и замолчал. Всё, что собирался сказать, вдруг потеряло форму. Мыслей было слишком много, а слов – ни одного.

Он не торопил. Просто молчал, откинувшись в кресле. В его лице было мягкое ожидание, уверенность в том, что я заговорю, когда буду готов. Как будто всё это уже происходило в его мыслях. Но я не мог выдавить ни слова.

Не дождавшись, архонт взял инициативу на себя.

– Знаешь, Арес много говорил о тебе, – начал он. – Ты был для него не просто телохранителем – ты был его другом, которому он безоговорочно доверял. А значит, и я тебе доверяю.

Эти слова, такие простые, врезались в меня глубже, чем я ожидал. Я опустил взгляд, но слова по-прежнему не шли. Ни одно.

– Арес глупцом не был, – 1продолжил архонт, подбирая слова с неторопливостью, которая бывает у тех, кто знает цену каждому слову и даже звуку. – Цена его доверия очень высока.

Кулаки сжались сами собой…

Цена доверия Ареса – его жизнь. Я не оправдал его доверия!

Эльфийский архонт чуть наклонил голову, не сводя с меня взгляда.

– Он говорил, что если бы доверил её кому-то, кроме себя, то это был бы ты, – он помолчал, затем тёплая улыбка тронула его губы. – После меня, конечно.

Мы смотрели друг на друга, словно осознавая что-то в молчании.

Элдарион снова заговорил первым:

– Она тоже винила себя. Она думала, что могла что-то изменить, если бы была там. Если бы узнала раньше. Если бы остановила его.

Я это знал и молча согласился с ним.

– Уверен, что ты убеждал её в обратном, – продолжил архонт, размышляя вслух. – Так почему ты не можешь убедить в этом себя?

Напряжение в теле нарастало. Я почувствовал, как свело челюсть.

– Потому что я должен был его спасти, – произнёс я слова, которые были моим приговором уже много лет.

– Ты бы не смог.

– Это была моя обязанность! – рычание прозвучало прежде, чем я смог взять себя в руки.