– Однако же, как не вовремя, – процедил сквозь зубы Кайл: он надеялся, что Ламберту удастся добраться до лагеря прежде, чем начнётся заваруха. «Впрочем, – подумал юноша, – барон фон Штосс в состоянии и сам о себе позаботиться. К тому же, Корлайла тоже там».
Большинство из новоприбывших видели верблюда в первый раз в жизни. Поэтому не обошлось без краткого инструктажа. А потом и подробного. С наглядными примерами. Но, в конце концов корабли пустыни обрели седоков и, растянувшись цепочкой, побрели в сторону лагеря. Однако стоило им взобраться на ближайшую дюну, как Ламберт, ехавший в первых рядах, придержал своего неторопливого скакуна. С четырёх сторон к лагерю Кайла Росса стекались крестоносцы.
На этот раз это были не жалкие местные войска. Напротив. Большая часть оказалась верховыми рыцарями, закованными в латы с длинными двуручными мечами или копьями наперевес.
Однако и тактика Кайла на этот раз отличалась. Окопавшись в укреплённом лагере, расположенном на господствующей высоте почти правильного конусообразного холма, юный полководец не собирался подставлять своих в большинстве своём легковооружённых бойцов. Зато его знаменитые лучники расположились ровными рядами на самой вершине и достали бронированные стрелы. Вовсе не обязательно было пробивать стальную кирасу или даже попадать в забрало или сочленения доспеха (что, впрочем, многим удавалось). Вполне достаточно было выбить латника из седла. Тяжёлые и неповоротливые на уходящем из-под ног песке, под изнуряющим солнцем, они становились беспомощными, как майские жуки, перевёрнутые на спину. Долго страдать им, впрочем, не доводилось: вслед за залпом лучников, пока они перезаряжались, словно из-под этого самого раскалённого песка появлялись гибкие фигуры в маскировочных костюмах. Асассины Корлайлы могли слиться буквально с любой местностью.
К стенам импровизированного форта нападающим не удавалось пока даже подойти: ров вокруг лагеря был достаточно глубок и широк, чтобы всадникам нечего было туда и соваться, а оба перекидных моста, служивших также и воротами, были, разумеется, подняты. Но кроме стены, возвышавшейся по ту сторону рва, здесь были ещё и башни. Башни были гордостью Кайла. Найдя в одном из складов Эйлы груз древесины, он забрал его весь. И не пожалел целого дня своего драгоценного времени, чтобы просидеть над чертежами. Вообще говоря, это были осадные сооружения, оснащённые колёсами и закрытой площадкой. Однако внеся некоторые изменения в найденную в некромантских источниках конструкцию, Кайл получил замечательный плацдарм для баллист, бывших ещё одной его гордостью. И теперь, размещённые на такой выгодной позиции, эти мощные, приводимые в движение сразу четырьмя людьми, орудия, после небольшой пристрелки наносили противнику ощутимый урон. Помимо этого, вдоль стены с внутренней стороны гарцевали по кругу конные стрелки, палившие, правда, почти в слепую, но зато очень кучно.
Такова была картина, открывшаяся глазам Леам-беат-Шааса при его появлении на вершине дюны. В первую секунду он даже прикинул, а не напасть ли с тыла на один из отрядов крестоносцев, однако тут же отказался от этой идеи. Оружия у его маленького отряда почти не было, да и на верблюдах они держались с видимыми затруднениями. К тому же… да, как он и ожидал, за первой волной кирасированных всадников появились маги. Их было не очень много. Всего восемь. И они тоже были поклонниками креста, что серьёзно ограничивало вариативность заклинаний, поскольку эта религия отрицала магию в принципе: всё, творимое адептами этой школы, считалось проявлением воли бога, соблаговолившего явить чудо в ответ на молитвы своих жрецов. Однако даже неискушённые в магии пришельцы, бывшие не в состоянии ощутить движение маны вокруг себя, могли отчётливо наблюдать пошедший сине-зелёными разводами купол, окружавший маленькую цитадель. Магоэлектрический контур Кайла работал как часы.
Гестия, волею случая оказавшаяся единственным магом в рядах осаждённых, вовсю плела ответные заклинания. Она не скупилась. Маноуловители, захлёбывавшиеся от перенапряжения, служили ей неисчерпаемым источником энергии.
Барон фон Штосс остановил свою маленькую процессию на удобной для наблюдения вершине. Положение Кайла не казалось ему сколько-нибудь опасным, но, тем не менее, он в каждую секунду был готов так или иначе вмешаться в ход событий, а потому зорко следил за всеми передвижениями как осаждающих, так и осаждённых.
– А это кто там? Дозорный? – указал он на вершину соседнего холма. Человек, стаявший в колеснице, запряжённой двумя крупными жеребцами, казался ему чем-то неуместным, странным.
– Где? – переспросила Корлайла, глядя, как показалась Ламберту, прямо на незнакомца.
– Да вон же, – не совсем уверенно указал он палкой, которой погонял верблюда.
– Канцлер, там никого нет, – сказала Корлайла, пристально поглядев на спутника.
– Ждите меня здесь, – бросил он, не отрывая взгляда от видимой ему одному фигуры. И направился к ней.
– Что это с ним? – осторожно осведомился подъехавший к главе асассинов Руш.
