Убежав с фронта, наш герой, поэт Сергей, уютно устроился в родном селе Рядово у знакомого мельника, имевшего хорошие связи с помещицей Снегиной. В разговоре мельник упомянул о ней, и это вызвало у поэта воспоминания о былом:
На следующий день поэт пошёл прогуляться по селу. И что же услышал?
Дрались за передел земли. У столичного гостя, конечно, спросили: «Скажи, кто такое Ленин?»
Поэт ответил кратко и двусмысленно: «Он – вы».
Это «вы» весьма расплывчато: вожак народных масс, плоть от плоти их, а эти массы голытьба, пьяницы, люмпены, «лихие злодеи», «воровские души». Вот и гадай, кто он, Ленин, для автора, который открыто писал: «Мне и Ленин не икона».
Но вернёмся к герою поэмы. Он заболел. Пришёл в себя лишь на пятый день. У его постели была Анна:
Прежние отношения потихоньку возобновляются, но их прерывает случай: невольное участие поэта в конфискации имения Снегиной. Анна оскорбляет Сергея и покидает село. Уезжает и он, чтобы возвратиться через шесть лет. Опять поэт у мельника, который вручает ему письмо:
«Письмо как письмо, – ворчит поэт. – Беспричинно я в жисть бы таких не писал…» Это он успокаивает себя, а сердце-то забилось неровно и часто:
Чудесную лирическую поэму слушатели и критики встретили в штыки – в поэме по существу нет революции, особенно Октябрьской. Доходило до неприкрытого хамства. Критик В. Друзин, разбирая содержание четвёртого номера журнала «Красная новь», начал с «Анны Снегиной» и разразился такой тирадой: «Когда-то князь П. Вяземский сказал про одного плодовитого писателя:
– Помилуйте, да разве он пишет. Его слабит чернилами.
Пожалуй, симптомы этой болезни можно заметить и у Есенина. За поселений год им написано несуразно много, и написанное большой ценностью не отличается».
Словом, современники поэму не поняли и не оценили. Это, конечно, не радовало Сергея Александровича, и неслучайно по возвращении 1 марта 1925 года в Москву он запил.
