Произведение создано в 1923 году и посвящено Августе Миклашевской – зрелой женщине намного старше поэта и состоявшейся в профессии лицедейства. Но только рядом с ней Сергей Есенин чувствует себя повзрослевшим, понимает, что время шумных гуляний и хулиганства в прошлом. Она действует на него отрезвляюще, заставляет иначе увидеть многие вещи.
Поэт понимает, что она не девочка, а женщина и поэтому начинает стихотворение словами: «…Пускай ты выпита другим…», но что-то осталось и для него: «…Твоих волос стеклянный дым И глаз осенняя усталость…», признается, что ему нравится такая разница в возрасте: «…О возраст осени! Он мне Дороже юности и лета…». Ее влияние на него столь благотворно, что он готов изменить уклад своей жизни ради возлюбленной: «…Бестрепетно сказать могу, Что я прощаюсь с хулиганством…», «…Уж сердце напилось иной, Кровь отрезвляющею брагой…». Вероятно, с этой женщиной он смог бы обрести спасение и счастье: «…Что ты одна, сестра и друг, Могла быть спутницей поэта…».
Финальная часть стихотворения наполнена философским пониманием того, что жизнь следует принимать такой, какая она есть: «…Теперь со многим я мирюсь Без принужденья, без утраты…» и признается, что нуждается в ее мудром руководстве: «…Воспитываясь в постоянстве Пропеть о сумерках дорог И уходящем хулиганстве».
Стихотворение посвящено Родине и биографы относят его создание к 1918 году. К этому моменту Сергей Есенин еще не успел разочароваться в политике коммунистов, а потому произведение радостное и возвышенное. Для подчеркивания торжественности ситуации использованы два цвета – красный и золотой. Первый символизирует революцию, а второй – Русь: «…О верю, верю, счастье есть!.. Заря молитвенником красным… Звени, звени, златая Русь…».
Душу автора переполняют надежды на лучшее будущее для любимой страны: «…Пророчит благостную весть. О верю, верю, счастье есть…», «…Блажен, кто радостью отметил Твою пастушескую грусть…». Он глубоко убежден, что вскоре жизнь народа улучшится, станет легче и радостней, а в деревни вновь вернутся люди, оживив их, прекратятся извечные страданья: «…Благословенное страданье, Благословляющий народ…».
Структура стихотворения построена таким образом, что каждая строфа начинается и заканчивается одинаковой фразой, образуя единый смыслообразующий рефрен: «О верю, верю, счастье есть. Звени, звени, златая Русь».
