– Состояние слабое, но идти могут, – затараторила чернявая женщина с девочкой. – Я сама медработник, так что…
И на меня начинает литься поток весьма полезной, но совершенно мне сейчас ненужной информации… Впрочем, Сергей Федорович, уловив, поток быстро перекрывает. Ага, спасибо.
– Значит, идти смогут? Нести не надо? – И, получив утвердительный ответ, продолжаю: – Сергей Федорович, остальное подготовили?
– Так точно! – по-военному отвечает он – и показывает: у стены стоят четыре ножки от кухонного стола, рядом ворох занавесок и простыней. – А мебель в коридоре у лестницы.
– Отлично! Сумок много?
– По одной на человека. Только самое-самое. Там мы уже договорились, пока связь была, остальное найдется… да и не это важно сейчас.
Это он точно подметил… Сейчас не это важно… И сразу же озвучиваю:
– Правильно. А если что, то и эти сумки бросим. Ясно? Ясно, спрашиваю?
Все быстро кивают – ну да, им, отсидевшим тут столько, наплевать на ерунду. Вот и хорошо. Так, теперь еще… Выхожу в коридор на этаж, пытаюсь рассмотреть, чего тут есть. Вдруг включается фонарик – ага, лучше!
– Экономим, но теперь-то чего… сразу не сообразил.
– Ага, спасибо. – Эка они натащили… Впрочем, попробовал – действительно, все эдакое нетяжелое, в основном какая-то моднявая современная мебель на тонких металлических трубах. Так, а вот еще у меня идея… Очень мне этот стол понравился… И еще надо кое-что. Возвращаюсь в квартиру и с ходу начинаю давать цеу:
– Значит, так. Слушайте сюда. Времени мало, переделывать не выйдет, и риск большой. Но выбора нет. Потому – надо. И без всяких вопросов. Пахать придется всем… кроме детей. Ясно? Хорошо. Значит, если что, я в городе живу с самого начала и навидался этих… и умею с ними бороться. – Эк меня понесло… а что делать? Рассказать, что постоянно внутри все сжимается и страх ледяной сороконожкой бегает в позвоночнике? Щаз, как же! Я крут, я пришел их спасти, Брюс Виллис, подвинься! Все будет хорошо! Верьте мне! И продолжаю: – И если я говорю что-то делать – надо делать. Не спрашивать и не думать, а делать. Иначе вас сожрут…
Сделав паузу, тихо добавляю:
– Да, тот, кого укусят, – останется здесь. Даже… даже дети. Зараза не лечится. Ничего сделать нельзя. Укушенный умрет и станет зомби. Если… если его не…
Тишина повисла, как туман над болотом. Ладно, дальше, нечего рассусоливать!
– Значит, так. Сейчас мы – я, мужчины и кто-то из женщин – попытаемся выйти и заблокировать верхние этажи. Потом сразу идем вниз. Я и мужчины впереди, женщины сзади. Все ясно? Отлично. Теперь слушайте. Во-первых, одежда. Наденьте плотные куртки, найдите и наденьте перчатки, шапки. Если нет, то замотайте руки и лицо тряпками, особенно детям. Большие тряпки, типа занавесок, прихватите с собой – если удачно набросить на мертвяка, он станет на некоторое время неопасен. Я там видел эдакую красивую мебель, типа плетеной, легенькую, столик и табуретки… – Это я уже больше к Сергею Федоровичу. – Так вот, вы пойдете впереди, рядом со мной, и этим столиком будете пользоваться, как щитом. А табуретки приберут остальные, на всякий. Ну и дубины возьмите. Если что – детей за спину, сумки бросайте, постарайтесь между собой и упырем, и хватайтесь за дубины. И орите. А просто так орать не надо. Ясно?
Все кивают… Ну и хорошо. Продолжаю, теперь уже чуть мягче, присев на корточки, обращаясь к малым:
– Ребята, вы, пожалуйста, не бойтесь. Не плачьте и не закрывайте глаза. И слушайтесь, делайте, что вам скажут взрослые, сразу же, быстро – вы меня поняли? – Они все, даже совсем маленькие, согласно кивают. Ну и умницы. Встав, продолжаю: – Сейчас готовитесь, а мы пока с Сергеем Федоровичем еще кое-что сделаем…
Отхожу, со мной идет Сергей Федорович. Еще одна идея – огонь. Надо сделать факелы: так будет проще справиться. Рассказываю ему о реакции упырей на огонь, он схватывает на лету, идем в его квартиру – в туалете в кладовке есть пара банок нитрокраски и растворители. По пути он спрашивает:
– В армии служили? Больно уж ловко и четко командовать выходит!
– Да… какое там… просто, Сергей Федорович, иначе ведь – нельзя… а я так… Насмотрелся, как в кино, да, в общем… ну не знаю, и вправду уже обвыкся с этими упырями, не боюсь их, чтобы панически… хотя страшно. Честно скажу. И помереть не хочу. И не факт, что все у нас выйдет… но мы ведь постараемся?
– Точно! – Он хлопает меня по плечу. – Молодец! Так и надо. Все у нас получится!
– Дай-то бог…
Вскоре все готово, наше неуклюжее воинство готово, «строимся» в коридоре. У двери мужики, пока без своих рюкзаков. Спрашиваю у женщин – кто с оружием знаком или там занимался чем таким… прикладным? Когда живому человеку прикладывают, да с размаха? Темноволосая женщина с мальчиком, смущаясь, отвечает, что у нее муж военный, она немного умеет. Значит, она со мной на стреме – показываю ей обрез, как и чего, отдаю несколько патронов. Ну, начнем!
