— Это верно, — кивнул Мишка. — Значит так. Три подводы по десять пудов. Ну, или как там получится. В общем, мне тридцать пудов надо.
— Добро, — подумав, кивнул Васятка. — Деньги готовь. По пятаку за пуд.
— Будет. А когда ждать-то тебя?
— По подводе в день привезу. Первую сегодня жди, — подумав и что-то прикинув, ответил возчик.
— Вот и слава богу, — кивнул Мишка. — Благодарствую, Степан Кондратьич.
— Не за что, Мишаня. Я добро помню, — кивнул в ответ тот и, заметив растерянный взгляд парня, добавил: — Когда Анютка моя простыла, я только у тебя медвежьим жиром и разжился. А ты за ним к хантам в стойбище ходил. Никто не рискнул, а ты пошел.
— Так ведь соседи, дядя Степан, — только и нашелся что ответить Мишка.
— Вот и я за то, — кивнул бригадир. — Смотри, Васятка, чтоб все честь по чести было, — добавил он и, развернувшись, быстро зашагал к цехам.
— Ты это, Миш, — смущенно затоптавшись, проговорил Васятка. — К обеду дома будь. С деньгами. И место для разгрузки приготовь. Нам быстро обернуться надо будет.
— Сейчас пойду. Дома ждать буду, — пообещал Мишка.
Кивнув, возчик тяжело затопал обратно к складу. Посмотрев ему вслед, Мишка вдруг сообразил, что забыл уточнить у тетки, есть ли в доме вообще деньги. Ведь если нет, придется бежать обратно на станцию и срочно искать инженера, чтобы выпросить у него нужные полтора рубля. С этой мыслью, в очередной раз обругав себя болваном, Мишка поспешил обратно. Он с самого начала стал замечать за собой странности, которых раньше не было.
То язык развязывался сам собой, а то из головы выскакивали самые простые вещи. Да к тому же еще новое тело все никак не желало полностью подчиняться новому сознанию. Он регулярно замечал за собой некоторую нескоординированность отдельных движений. Особенно, если приходилось действовать не осмысленно, а на рефлексах. Реакция и точность движений у бывшего владельца были отличными, но несовпадение габаритов и физической силы иногда приводили к казусам.
То же самое иногда случалось и при беседах. Покрутив эту проблему со всех сторон, Мишка пришел к выводу, что все дело в юношеском гормональном взрыве. Припомнив самого себя в подростковом возрасте, он только ухмыльнулся и хмыкнул. Мозгов там вообще не было. Думал чем угодно, только не головой. А значит, этот период нужно просто перетерпеть и постоянно контролировать каждый свой шаг. Урядник говорил, что раньше парень был молчаливым и нелюдимым. Выходит, нужно плавно возвращаться к прежним параметрам. С этими мыслями Мишка вошел во двор.
Внимательные серые глаза настороженно следили за каждым движением копошившегося в сарае парня. Вот уже два часа они сидели в разросшихся кустах бузины, ожидая, когда он наконец решит выйти на улицу. Моросящий дождь не мешал. Наоборот, в такую погоду было проще. Но парень словно назло продолжал заниматься своими делами, даже не делая такой попытки. Испустив очередной вздох, наблюдатель осторожно развернулся и, кутаясь в старенький ватник, еле слышно проворчал:
— С такого расстояния я бы его одним выстрелом снял.
— С ума сошел?! — возмутился сидевший рядом человек в таком же ватнике и неопрятного вида треухе. — Нас потом всей деревней ловить начнут. А тут половина охотники. Да еще и ханты в трех верстах по реке встали. От тех вообще не оторвемся.
— Потому и не стреляю, — буркнул в ответ первый. — Но ждать надоело, сил нет. И зачем ты вообще согласился?
— А жрать дальше что станем? — огрызнулся второй. — Слышал же, как я с тем приказчиком за продукты и одежду договаривался.
— Вот именно. Лучше бы деньгами взял, — фыркнул первый.
— Недаром тебя всегда считали глупым, — усмехнулся первый.
— Это кто так говорил?! — едва не в полный голос зашипел второй.
— Неважно. Важно то, что они были правы, — ответил первый, презрительно усмехнувшись. — Ну, получил бы ты деньги, а дальше что? Пошел бы в соседнюю лавку, закупать нужное? И сразу же попался бы на глаза местным властям. Ну или сами хозяева лавки бы донесли. А в тайге лавок нет. Да и медведю деньги без надобности. Нет, я все правильно сделал. Отработаем ублюдка, получим свое, и в путь. Вдоль железки. А там, глядишь, и подходящий состав подвернется.
— Если твой заказчик сам же тебя полиции не сдаст, — не сумел промолчать второй. — Еще, небось, и премию за это отхватит.
— А кто сказал, что я его живым отпущу? Нет уж. Он единственный, кто нас к этому делу пристегнуть сможет. Получим сказанное и в расход его.
— Еще один труп? Тебе и вправду кровь что вода, — удивленно покачал головой второй.
— Было бы кого жалеть. Вор и быдло. Для нашего дела это совершенно неподходящий материал, — отмахнулся первый. — Нам главное до столицы добраться. А там товарищи помогут. За границу уедем, пока тут все успокоится.
— На какие шиши? Не помню, чтобы тебе внезапно умершая тетушка наследство оставила.
— Ты и вправду глуп. На кой мне тетушка, если по тайге куча всяких старательских артелей золотишко моют. Здесь отработаем и поближе к обжитым местам переберемся. А до того пару мест проверим.
