Спустившись к бричке, парень остановился и принялся задумчиво оглядывать небольшую площадь. Вышедший следом за ним урядник, расправив усы, устало спросил:
— Ты чего высматриваешь, Мишка?
— Смотрю, где тут у них книги продают. Раз уж оказия случилась сюда попасть. Да еще и с деньгами.
— Вон, возле булочной, лавка букиниста стоит, — небрежно кивнул урядник в нужную сторону.
— Николай Аристархович, вы меня не обождете несколько минут? — решившись, спросил Мишка. — Я сейчас в ту лавку загляну, а потом в булочную. Там пряников да калачей возьмем и поедем ко мне чай пить.
— Ты никак решил книжек купить? — удивился урядник.
— Карту посмотреть хочу, — не стал скрываться Мишка.
— Какую еще карту? — удивился урядник.
— Да хоть какую. Я уж не знаю, с чего начать, чтобы память себе вернуть, — подпустил сиротскую слезу Мишка.
— М-да, ну, пошли, посмотрим, что у тебя получится, — крякнув, согласился урядник.
— А вы уверены, молодой человек, что понимаете, как правильно читать карту? — с заметной ехидцей поинтересовался пожилой мужчина в круглых очках. — И вообще понимаете, что это такое?
Мерцающий свет свечной лампы отбрасывал странные блики на его голой как коленка голове.
— Ну, я уж как-нибудь, — буркнул Мишка, едва сдерживаясь, чтобы не нахамить.
«Ты карту толковую покажи, а там я тебя удивлю до полного офигения», — подумал он.
— Ну-ну, — снова ухмыльнулся дедок и выложил на прилавок солидный фолиант. — Извольте-с, юноша.
— Благодарствую, сударь, — прошипел сквозь зубы Мишка, аккуратно откидывая тяжелую обложку.
Предложенный стариком атлас и правда для текущего времени был отличного качества. Точно прорисованные границы государств, дороги и даже изгибы рек. Перевернув фолиант, Мишка раскрыл последнюю страницу и понимающе вздохнул. Атлас был изготовлен во Франции. Быстро пролистнув несколько страниц, он буквально впился взглядом в европейскую часть страны и едва не выкрикнул: «Не мой мир!» Эта мысль била в его мозгу набатом.
— Ты чего, Мишка? — вдруг раздалось над ухом.
— А? Нет, ничего. Голова закружилась, — прохрипел парень осипшим горлом.
— То-то я смотрю, побелел весь.
— Так что, молодой человек, вы увидели, что искали? — не унимался дедок.
— Нет. Это французский атлас. А мне бы хотелось взглянуть на генштабовскую трехверстку местных земель, — не сумел удержаться Мишка, повергнув старика в изумление такими познаниями.
— Это, простите, где же вы такую карту видели? — насторожился тот.
— А у землеустроителей, — нашелся парень и поспешил свернуть разговор. — Пойдемте, Николай Аристархович. Домой пора. Да и отдышаться мне нужно. Что-то и вправду поплохело. Благодарствую, сударь.
С этими словами он вышел из лавки и, прислонившись у входа к стене, сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь успокоиться. Но перед глазами все еще стояла карта европейской части России, да и всей Европы. Самые приметные границы государств были другими. К примеру, та же Италия здесь выглядела не сапогом, а толстым аппендиксом, косо прилепленным к материку. Британские острова являлись бесформенной кляксой, а пролива Босфор вообще не было. Вместо него была только условная граница, проведенная на воде.
Вышедший следом за ним урядник откашлялся и негромко прогудел, словно шмель-переросток:
— Так ты чего искал-то, Мишка?
— Ничего, Николай Аристархович. Просто ищу, что поможет память вернуть. Да, видать, не судьба пока, — вздохнул парень. — Ладно. Бог с ним. Пойдемте в булочную. Хочу к чаю всякого купить, тетушку порадовать. Да и мы с вами заслужили, — добавил он, лукаво усмехнувшись.
— Гм, ну, так-то оно да, — несколько смутившись, степенно кивнул урядник.
Едва переступив порог булочной, Мишка едва не захлебнулся слюной. Запах свежайшей выпечки, корицы, ванили и других специй едва не лишили его остатков разума. Оставив у дородной продавщицы почти полтора рубля и набрав полную сумку всяких вкусностей, Мишка усилием воли заставил себя прекратить этот разврат и, рассчитавшись, вышел на улицу, неся холщовую сумку словно величайшую ценность.
К его удаче, эти сумки продавали здесь же, в лавке. Больше всего они напоминали обычную суму, но закрывались широким клапаном, что позволяло донести до дому выпечку еще теплой. Погрузившись в бричку, Мишка поставил сумку на колени и, невольно принюхиваясь к источаемым ею запахам, покосился на усаживающегося рядом урядника.
— И правда славно пахнет, — буркнул тот, кивнув на сумку.
— Так свежайшее ведь, Николай Аристархович. Вы погоняйте. Успеть бы самовар спроворить, пока не остыло.
— Тоже верно, — усмехнулся урядник, тряхнув поводьями.
Спустя полчаса Мишка быстро расставлял на столе посуду, раскладывая покупки. Полуведерный самовар уже вовсю пыхтел на крыльце. Урядник, сняв шинель и повесив портупею с саблей и револьвером на гвоздик, торжественно восседал за столом, одобрительно наблюдая, как суетится парень. Наконец, водрузив самовар на стол и залив свежую заварку кипятком из него, Мишка остановился и, достав из кармана пятерку, протянул ее полицейскому.
