— Вот они, эти воры, мошенники! — закричал один из них. Приземистый, скуластый, седатый он страшно корчил лицо. — Где это видано, что бы такое изготавливали и продавали? Не бывает этого! Пустые хвальбишки несёшь на всю Москву. Торгуешь у кукиша мякиш!
— Ну, что я тебе сказывал? — Прохор произнес настороженно, вполголоса обращаясь к страннику. Он не спеша оглянулся и стал потихоньку отходить к стене.
— Люди добрые! — Рязанцев попытался вразумить приближающуюся толпу «долгожданных, оптовых покупателей». — Всё, что указано в каталогах — всё, правда. Это продаётся, но только в том случае, если вы готовы заплатить указанную сумму.
— Лжец, смутьян! — низенький, пузатый, как бочка купец прокричал навзрыд в пегую бороду. — Ирод, дуришь православных! Языком метёшь, как метлой машешь. Более того! — Лицо мужика покраснело. Глаза выкатились от напряжения. — На словах, как на гуслях, а на деле, как на балалайке играешь! Нет таких зеркал, которые ты продаешь в своей лавке — не делают их даже за границей. Кто-нибудь видел или слышал про такое диво в длину более двух аршин!!! Нет, никто! Значится, ты лжец. Хватай его, братцы! Бей, супостатов! Громи лавку!
Вояжер резко оттолкнув наседающих мужиков, залез на прилавок. И с высоты своего положения закричал, — Чтобы, доказать, что я лжец нужно сперва заплатить деньги. Люди добрые, оплатите покупку, и будет вам зеркало!
— Ах, ты лиходей! Ах, ты анчихрист! — Наседавшие стали переглядываться. — Дык где же мы возьмем такую прорву денег, что бы доказать твое притворство! Это же цельных шестьсот рублей!
— А за быстроту доставки из Таганово — ещё триста! — странник произнес ехидно. — А если хотите забрать прямо сейчас, то ещё сто!
Все напряженно замолчали. Услышанная сумма потрясла людей.
— Ах, ты, вор ненашенский! — донеслось удивленно из атаковавших рядов. — Скажи-кась на милость! Вот оно, каки дела! Слыханное ли дело! Это же почитай тысяча целковых серебром! Откуль у православных такие деньжища, да ещё за простое зеркало? Разве, что у бояр или у царя в сокровищнице?
— Ну, раз нет — так и суда нет, — странник явно играл на публику. — И попрошу заметить — это не я лжец — это, у ВАС, уважаемые покупатели — нет денег! Так, что приходите, гости дорогие, в другой раз за диковинкой, когда накопите указанную сумму. А пока… Не загораживайте проход для других покупателей! Дайте обеспеченным клиентам спокойно любоваться изделиями и делать заказы.
Рязанцев лихо спрыгнул с «постамента». Отряхнул помятую одежду. Молодецки поклонился с вытянутой рукой, пародируя Жоржа Милославского из известного кинофильма Гайдая про Ивана Васильевича. — До свиданья! Все свободны.
Горожане расстроившись, что не удалось наказать проходимца, лгуна и обманщика начали недовольно роптать. Сплевывать, раздосадовано махать руками, в суи упоминать нечистого. Прохор расслабился. Наконец-то он выдохнул и даже позволил себе улыбнуться. Втихарясь перекрестился. — Пронесло, слава тебе, Господи!
— Уважаемые посетители! — Рязанцев продолжал активно кричать на «Всея Ивановскую», поверх купеческих голов. — Тот, кто определился с покупками, подходим — рассчитываемся — не стесняемся. Есть такие, кто готов оплатить товар?
— Я, готов оплатить!!! — худущий человек, похожий на скелет обтянутый кожей, внезапно вышел из толпы и поставил на прилавок набитый чем-то, тяжелый мешок. В нём отчетливо звякнули монеты. Он самодовольно оглядел присутствующих зевак. Заложил важно за пояс, длинные как у водяного, пальцы рук.
Глаза у неизвестного покупателя были колючие, бороденка помелом, и сам он не то Кощеев брат, не то Кощеев дядя, сразу и не разберешь!
— Всё как оговорено в вашей книжонке! — его лицо оскалилось в «доброй, приветливой улыбке», змеей скользнувшей на тонких губах. Она сморщила крючковатый нос посетителя и открыла несколько уцелевших во рту желтых клыков. — Шестьсот рублей за чудо-зеркало, плюс четыреста за немедленную доставку. Нусь, чего зубы скалишь?
Он прищурил маленькие, хитрые глазки, обращаясь к путнику. Величественно приосанился, погладил сивую окладистую бороденку на груди.
— Похвалялся в книжонке? Похвалялся! Так шо вынь да положь! Неси давай, ерой, чудо-зеркало размером более двух аршин! Не томи честной народ!
Все присутствующие в лавке замерли, недоуменно перевели восхищенный взгляд с мешка с деньгами на Рязанцева.
— Есть всё-таки справедливость на белом свете, — раздался чей-то негромкий ропот в притихшем помещении.
«Лучший продавец года из будущего» неуверенно сделал два шага назад, пятясь к двери в сторону подсобного помещения…
— Опаньки! — пронеслось у него в голове. — Вот так, сюрприз!
— Прохор, быстро считай деньги! — странник хитро подмигнул одним глазом Коробейникову. — Веди счет правильно, смотри не сбейся, а то вдруг пересчитывать придется! Такой «уважаемый» клиент не должен ждать долго. А, я — на склад, за зеркалом, быстро. Там, оно, под товаром, лежит несчастное, заваленное, в самом низу дожидается своего единственного покупателя. Досчитать не успеешь, как принесу!
