– Нет. И да. Я не хотел умирать. Пусть даже через сотню лет или две. Сотня лет – ничтожно мало для дракона. Мы воспринимаем время иначе, Проклятая. И порой оно летит, подобно падающей звезде.
– В общем, на самом деле наша жизнь так растянута во времени, что мы просто не успеваем обращать внимание на суету примитивных созданий. – Кархедон имел собственный взгляд на проблему. – Тем паче что в ней нет ничего интересного. Как бы там ни было, но на нашу беду братец решил вернуться. И вернулся.
– Я с трудом преодолел море.
– Океан, – поправила я.
И заработала пару недовольных взглядов. Тоже мне…
– Это океан, который разделяет континенты. Америку и Евразию. Так в учебнике написано.
– Видишь, а ведь я оказался прав, – самодовольно заметил Эрханен. – Без нас они достигли многого.
Братец в сторону произнес:
– Лучше бы ты утонул в этом океане.
– Возможно. Но я преодолел. Случались минуты, когда мне казалось, что я умираю, а последние дни и вовсе выпали из моей памяти. Я помню воду, которая казалась бесконечной, и собственную слабость. Боль в крыльях. Страх. А потом берег и людей, что обступили меня. Эти люди жили на побережье и выходили в море. Там меня и подобрали.
– На свою беду.
– Тогда я и узнал, что города крепко держат вас на привязи и что она становится все короче. Они, эти люди, слышали о чудовищах из Проклятых городов, но видеть не видели. И потому не узнали во мне одного из этих чудовищ. Я же, оказавшись на родной земле, ощутил зов. Теперь я слышал его ясно. И потому, оправившись в достаточной мере, продолжил свой путь. Чем ближе я подбирался – а ослабевшее тело лишилось возможности принимать исконное обличье, – тем яснее становился голос города. И крови. Теперь я сумел узреть то, что мы сотворили.
– Брось.
– Пусть бессознательно, но… скопившись в одном месте, одержимые одной мыслью, подкрепляющие ее своей силой и пролитой кровью, мы действительно сотворили это! Существо… не знаю, оно не было живым, как не было мертвым. Оно возникло там, в городе…
– Аномалия? – В голову пришло это слово, почерпнутое где-то там, на страницах книг. – Энергетическая?
– Пожалуй, что да, – согласились братья, и, главное, одновременно.
– Она нуждалась в нас и требовала корма, в свою очередь питая нас преобразованной силой. – Кархедон скрестил ноги. – Я много думал, умирая, и потом тоже. Ты был прав. Мы нечаянно сотворили чудовище. Но ты… ты сотворил остальных сознательно!
– Кого? – уточнила я.
– За океаном жили лишь люди, – сказал Эрханен. – Я не видел иных существ, тогда как здесь люди постепенно менялись.
То есть… я прикусила язык.
Если сказать сиу, что они произошли от людей, сиу точно не обрадуются. И даже вполне могут решить, что быстрой смерти я не заслуживаю. С орками, подозреваю, будет то же самое.
– Чем ближе к нашим городам, тем больше проявлялись изменения. Одни становились крупнее и сильнее, другие обретали способности, полезные нам, третьи… неважно, но их изменения были едва заметны.
– Пока ты их не усилил. А ведь я поверил, что братец в своих странствиях образумился. И решил сотворить – как ты там говорил? Идеальных слуг? Таких, которые могли бы существовать рядом с нами дольше, чем прошлые? Ты начал свои эксперименты…
– И они были успешны! Пока ты не уничтожил лабораторию.
Что-то обоим хочется по голове хряснуть. И главное, прав Кархедон: братец его, о всеобщем благе радеющий, недалеко ушел от прочих драконов.
Может, потому, что они драконы?
А я кто?
Ах да, проклятая… надеюсь, это поможет, ибо как-то не хочется в тварь превратиться.
– Потому что ты нарушил закон. А я, как Хранитель, обязан был следить, чтобы закон исполнялся. Ты вновь стал плодить ублюдков, просто уже соединяясь не с обычными людьми, а с теми, которых создал сам.
– А ты их уничтожил! Всех!
– Да. Что мне еще нужно было сделать?
– Ты мог дать им легкую смерть. И мог убить меня!
– Не мог. Ты знаешь. – Кархедон потер глаза. – Закон… закон запрещает убивать тех, в ком есть кровь Первого.
– В них тоже была.
– Нет. Твои создания – они были лишь созданиями. Но тебя это не остановило. Ты ушел. И увел с собой тех, которых сумел изменить. Ты создал что-то из крови людей и собственной, что действовало на драконов, лишая их силы.
– Освобождая.
– Далеко не все, кого ты забрал, были рады освобождению. Ты ведь недоговариваешь, верно? С той стороны мира ты принес кое-что… то, чего там не могло быть по определению. Часть Его крови. Так?
Совсем я запуталась. А главное, непонятно, кто в этой истории хороший, а кто плохой.
Хотя… подозреваю, что хороших тут нет.
– Ты усилил свой слабый Дар. И воздействовал на них, заставив покинуть город. А уже потом выкачал кровь и силу, чтобы создать не слуг, но тех, кто, по твоему мнению, должен был владеть миром.
Молчание.
И тянется, тянется. А главное, сидим мы долго, но солнце все еще стоит высоко. И ни на волос с места своего не сдвинулось. Конечно, сон – дело такое.
Но жарко.
И пить хочется.
Я сглотнула слюну.
