– А потом – линейный корабль «Денхорн». Я и сам вижу. Вот что, братец. На верхней палубе я и без тебя управлюсь. Спустись-ка ты к кормовой батарее, да проследи, чтоб там были готовы к открытию огня, как только увидят «Такону». Всех остальных канониров отправить на мачты. Паруса сейчас важнее пушек.
– Да, это верно, – признал старпом.
– Тогда чего стоим? Ждем следующего залпа?
Помощника как ветром сдуло.
«Чейро» тем временем вышел из циркуляции и начал удаляться от курса эскадры. Капитан Челкант с удовлетворением отметил, что крен едва ощущается, корабль не успел набрать много воды. По счастью, ядра «Гримальда» имели сравнительно небольшой калибр. Повезло. Только повезет ли дальше?
Повернувшись кормой к неприятелю, «Чейро» резко уменьшил свою обстреливаемую площадь. Но дистанция все еще не превышала полумили. Для опытных канониров это сущий пустяк. Челкант знал, что курфюрстовы пушки способны бить на вчетверо большее расстояние… Интересно, почему в Поммерне все вещи делают обязательно лучше, качественнее, чем в Покаяне? – рассеянно подумал он.
М-да… Капитан отбросил ненужную мысль и поднял зрительную трубу.
Померанский корвет уже удалился в сторону Северного пролива. Но его место занимал куда более серьезный противник. С мощью бортового залпа до тридцати орудий и с главным калибром в двадцать четыре фунта фрегат «Такона» был способен мериться силами со многими линкорами. Корвет для него – развлечение…
«Чейро» тявкнул своей кормовой восьмифунтовкой. Ядро пролетело перед неприятельским бушпритом. Най Челкант с досадой плюнул за борт. Поторопились, охломоны! Слишком буквально поняли приказ. Как только увидели, так сразу и пальнули. Да и прицел взяли высоковато.
Второй выстрел оказался удачнее – угодили в скулу «Таконы», чуть выше якорного клюза. Приятная, но всего лишь мелочь… Теперь, пока оба кормовых орудия снова зарядят, накатят да наведут, предстояло безмолвно ожидать ответа.
Фрегат с ответом не торопился, целился тщательно. Прошло едва ли не с полминуты, прежде чем одна из его палубных шестифунтовок первым же выстрелом прошила весь средний ряд парусов «Чейро». Вторая то же самое сделала с нижними парусами. Лишь после этого, еще раз снизив прицел, «Такона» заговорила главным калибром. И посыпалось… Померанцы вели беглый огонь, били в корпус, и били довольно удачно. Легкая килевая качка им практически не мешала. Почти каждую секунду корвет вздрагивал, над его кормой взлетали куски дерева и осколки стекла. Какое-то шестое чувство заставило капитана Челканта перебежать с левого борта на правый. Ядро ударило в фальшборт как раз напротив того места, где он только что стоял. Пробив несколько слоев досок, массивный чугунный шар пролетел на шкафут и в щепы разнес корму спасательной шлюпки.
Челкант от многих морских волков слышал о том, что в любом бою шлюпки страдают от первых же попаданий. И не потому, что в них целятся специально, это получается как-то само собой. Закон такой. Теперь в справедливости этого закона он убедился воочию.
– Обрат капитан, обрат капитан…
По щеке рулевого текла кровь.
– Что, ранен?
– Ерунда, щепкой поцарапало. Только вот…
– Ну что?
– Судно не слушается руля…
Челкант похолодел. Этого еще не хватало! Он подбежал к штурвалу и крутанул его влево, вправо. Двойное колесо, на которое обычно ставили пару дюжих матросов, вращалось пугающе легко. Это означало одно – перебиты штуртросы…
Снизу, бережно придерживая забинтованную руку, пришел старпом.
– Кормовой батареи больше нет, – вяло сообщил он. – И делать там больше нечего. Сплошная каша. В ахтерпике вода. Откачивают.
– И все же иди туда.
– Зачем?
– Перебиты штуртросы. Организуй починку. Хоть зубами их держите! Понял?
– Слушаюсь, – все так же вяло сказал помощник и поплелся к трапу.
На минуту «Чейро» получил передышку. «Такона» ушла, а «Денхорн» только выходил на траверз избитой кормы. Управляясь одними парусами, рыская то вправо, то влево, корвет уползал вдоль берега в общем направлении на ост. С левого борта его догоняли волны, захлестывая пробоины. Однако ветер дул благоприятный, бакштаг, и Челкант всех не занятых у помп матросов отправил на реи, даже одного из рулевых. Он молился только об одном, – чтобы «Денхорн» не хлестнул по мачтам картечью, устроив настоящую мясорубку.
И «Денхорн» проявил своеобразное добродушие, бил средним калибром, только ядрами, и лишь в корпус. Его грозные тридцатишестифунтовые пушки нижней палубы вообще молчали. Видимо, берегли заряды для Ситэ-Ройяля. Все же, когда линкор отстрелялся, состояние «Чейро» оказалось плачевным. Была разбита вторая шлюпка. По-прежнему не слушаясь руля, корвет осел кормой по самый балкон капитанской каюты, имея к тому же крен на левый борт. Матросы на всех трех помпах выбивались из сил, но волны лизали уже орудийные порты, вода проникла в крюйт-камеру, плескалась в трюме, и ее уровень неуклонно повышался. Оставался единственный выход.
