В таверне установилась тишина. Бородач нехотя вложил шпагу в ножны и молча прошел на кухню, не удостоив взглядом бывшего противника. За ним поспешно потянулась остальная компания. В несколько секунд таверна опустела. Приблизился растерянный хозяин, оставаясь, впрочем, за пределами досягаемости шпаги Гюстава. Этому-то деваться было некуда.
– Сударь, у вас есть все основания мне отомстить. Прошу вас, не делайте этого. Не ради меня, но ради моей семьи! Три дочки…
Из кухни выглядывали печальная женщина и упомянутые дочки.
– Я умею быть благодарным, – продолжал хозяин. – Подумайте, кому в наше время бывает лишним надежный человек?
– Ладно. Открывай дверь, надежный человек.
– Так я могу надеяться?
– Я еще никого не выдавал полиции.
– О, благодарю вас, съер!
Дверь содрогнулась от ударов.
– Сейчас, сейчас, господа, – крикнул кабатчик. – Вы согнули мой засов!
Снаружи пообещали согнуть ему что-нибудь более важное, если он не поторопится.
Гюстава удивило, что кроме обычных алебард альгвасилы были вооружены еще и мушкетами. На некоторых даже красовались кирасы. Командовал отрядом толстый, шумливый, лысый и чудовищно усатый алькальд Мармиль.
– Дьявольщина! – заявил Мармиль с порога. – Кого я вижу! Дорогой съер, что за потасовку вы тут учинили?
– Да так, размялся немного.
– Ну, – сочувственно молвил Мармиль, – разрядка вам сейчас очень нужна.
– И хорошая выпивка, дорогой алькальд. Составите компанию?
Такое предложение полицейскому со стороны капитана гвардии, пусть и бывшего, стоило немалого. Особенно в присутствии подчиненных.
– Что за вопрос! Когда я отказывался? Только потом вам грозит штраф за порчу имущества, уж не обессудьте.
– Пустяки. Портобелло, надеюсь, вы нас угостите?
Кабатчик с поразительной быстротой отыскал бутылку.
– Обрат алькальд! Материальных претензий не имею, – выпалил он.
– Вот и чудесно, – сказал Мармиль, пробуя вино. – Тогда придется арестовать вас, досточтимый мэтр.
– О, Пресветлый! Да за что?
– Винцо неплохое, черт побери. Но в вашем кабаке совершено нападение на дворянина.
Портобелло вперил умоляющий взгляд в Гюстава. Гюстав щедро плеснул в кружку алькальда.
– Дорогой Фернан, я не хотел бы, чтобы история получила огласку. Она мне сейчас ни к чему, понимаете? Дама…
Мармиль осушил кружку, гулко захохотал и ткнул Гюстава кулаком.
– Понимаю, все понимаю, поэтому до сих пор жив-здоров. Но не могу, – сказал он. – Кого-то же я должен арестовать.
– Что, это так обязательно?
– А как же, друг мой! Сами посудите. Гоняю по городу двадцать пять солдат – и ни одного врага базилевса. Можно подумать, их нет! Позор, конец престижу. К тому же по секрету вам скажу, платят мне за сданную голову.
– А, только-то. Ну, эту проблему мы сейчас решим.
– Каким образом?
– О, простейшим. Помните моего вороного?
Мармиль отставил недопитую кружку.
– Ага. Того, с белыми чулками?
– Да.
– Помню, как не помнить. Великолепный жеребец! И что же?
– Предлагаю его вам.
Префект укоризненно покачал головой.
– Подарок при исполнении – это взятка, дорогой Гюстав.
– Кто говорит о подарке? Готов уступить за… э… полтора цехина.
– За сколько, за сколько? – не поверил своим ушам Мармиль.
– За полтора. Устроит?
– Идет. Только вот беда, – Мармиль похлопал по карманам, – я не ношу с собой кошелька на службе.
– Мудро.
– Да. Позору не оберешься, если стянут.
– Что и говорить, – согласился Гюстав.
– Так вот, денег при мне нет, – радостно повторил алькальд.
– О, пустяки, – сказал мэтр Портобелло наиболее благородным из своих голосов. – С удовольствием стану вашим кредитором, обрат алькальд!
– Договорились, – сказал Мармиль. – Но учтите, я здесь ни при чем. Деньги вы даете не мне, а благородному капи… съеру Форе. Как поняли?
– Почту за честь.
Алькальд допил вино и со стуком поставил кружку.
– Сержант, вы видели в этом убогом кабачке врагов базилевса?
Сержант обвел таверну фиолетовым носищем, крякнул и очень здравомысленно изрек:
– Да нету ж никого, шеф. Только следы драки.
– Вот и мне так показалось, обрат мой, хранитель закона. Возьмите пару бутылок. Жить-то всем надо… По милости Пресветлого.
– Кры-гом! – мгновенно скомандовал сержант. – Шевелись, дармоеды! Думаете, враги базилевса нашего, императора ненаглядного, только и знают, что по кабакам сидеть? Шиш вам, рахитики! Враги, они есть везде, повсюду! Только в других местах прячутся. Дошло до дышла?
– Так точно, обрат сержант. Ясно.
– А кому неясно – морду набью. Ну-ка, шагом… арш!
Громыхая и лязгая, альгвасилы двинулись к выходу. Мармиль доверительно склонился к Гюставу.
– Будьте осторожнее, съер. Ордера на ваш арест у нас еще нет, но увольнением из армии дело не ограничится. А от серых пискалов ни жеребцом, ни даже телкой не отделаешься. Впрочем, кому я советую? Умный человек всегда сообразит, чем прикрыть вместилище мозгов!
Тут он подмигнул, гулко захохотал, напялил на лысую голову шляпу и удалился.
– Сударь! Так вы и есть тот самый знаменитый капитан Форе? – почтительно спросил кабатчик.
– Бывший капитан.
– Не имеет значения! Не далее, чем вчера в этом трактире пели ваши песни.
Почти не фальшивя трактирщик пропел:
