Парень с усами Фу Манчу потянул на себя дверь и протолкнул нас вовнутрь. Изысканно сложенные записки, букеты цветов, аудиокассеты и ожерелье, сделанное, по-моему, из куриных костей, градом обрушились на нас – стоявшие у входа за кулисы фанаты швыряли в открывшийся проем знаки своей безумной любви. Дверь захлопнулась, и мы пошли по узкому коридору, стараясь не наступать на сплетения толстых проводов, приклеенных скотчем к полу.
В коридоре я заметил парня в длинном плаще и шляпе с широкими полями. Он курил сигарету, привалившись к стене. Должно быть, один из «инспекторов отдела убийств», которые закатывают Татэ-ЛаБьянку Мацумото в мешок и уносят со сцены по окончании представления.
Парень стоял перед полуоткрытой дверью с прикнопленной бумажкой: «Свалка тел». Заглянув внутрь, я увидел Далию Курой перед зеркалом: она следила за тем, как суетливая команда гримеров, вооруженная щетками, расческами, спреем для волос и фальшивой кровью, готовит ее к выступлению.
На металлической двери в конце тоннеля красовалась золотая звезда и подпись «Расслабься» по-английски. Аки и Маки открыли дверь и позвали меня внутрь.
В комнате собралось человек двадцать. Одни расселись на диванах и попивали фруктовые напитки, другие бродили вокруг столов, подбирая что попадется, словно муравьиный отряд. Кое-кто удостоил нас беглого взгляда, но кто именно – трудно сказать, поскольку все были в темных очках. Может, они и расслабились, но по ним не скажешь.
Некоторых знаменитостей я узнал, несмотря на очки. Авангардный кинорежиссер Рондзи Цудзюи беседовал с восходящей звездочкой Мэй Цудако и пытался убедить ее, что участие в четырехчасовой восьмимиллиметровой неповествовательной ленте о свете, тенях и обнаженном человеческом теле, уничтожаемом электродрелью, поспособствует приобретению статуса настоящей актрисы, о котором она мечтает. Голый по пояс рэппер из Иокогамы Кудзо Реал распростерся на дизайнерской подушке для сидения и неубедительно зевал, демонстрируя равнодушие ко всему на свете. Напротив знаменитый дизайнер обуви «Евротрэш» Итало Россети приковался взглядом к огромному телеэкрану с ослепительным калейдоскопом порноанимации, величайших моментов футбола семидесятых и черно-белых роликов нацистской пропаганды. Он вновь и вновь отматывал назад одну и ту же сцену: солдаты гусиным шагом маршируют перед Берлинским стадионом во время Олимпиады-36. Могу себе представить, что мы увидим на подиуме будущей весной, когда Россети представит новую коллекцию обуви в Милане.
– А эти охламоны как сюда попали?
Этот вопрос задал Суда, появившись не пойми откуда. Я проследил за его взглядом – он указывал в дальний угол, где двое крутых парней с лицами, что твои разделочные доски, стояли руки в брюки и молча наблюдали за всей честной компанией. Они выделялись на общем фоне, словно драконы Комодо в домашнем зоопарке. Неудивительно, что присутствующие не могли расслабиться.
– Они из «Сэппуку», – пояснил Аки.
– По-твоему, они похожи на людей из «Сэппуку»? – нахмурился Суда. Действительно, не похожи. Эти охранники были совсем другого уровня, чем громилы, которых Кидзугути посылал за мной накануне. Компетентные ребята, судя по манере держаться.
– У них есть пропуска, – пояснил Аки. – Гости господина Кидзугути. Хотите, мы насыплем им горячей золы на лапы?
– Я встряхну их косточки, – вызвался Маки.
– Угрохаю почки, разорву печень…
– Сердечки не посмеют биться…
– Хватит! – простонал Суда. Голос его чуть дрогнул. – Присматривайте за ними, и все. – Он полез в карман эдвардианского костюма, рука его извивалась, будто что-то искала. Оружие?
Я не знал. Я пока что присматривался к мафиози и вспоминал короткую и прекрасную карьеру Фуридзакэ Быстрых Пальцев.
– Как дела, Билли? – спросил Суда, словно впервые меня заметив. – Копы с тобой обошлись не слишком грубо?
– Котятки.
– В чем дело-то было?
– Человек пропал.
– Возьми на всякий случай, – он наконец вытащил что-то из кармана. – На случай неприятностей с полицией. Или еще каких-нибудь.
Это был мобильный телефон с логотипом «Святой стрелы» на передней панели. Эд как-то давал мне мобильный телефон, но я его потерял, когда выпал за борт, ведя репортаж с чемпионата Фиджи по нырянию за жемчугами для юниоров до шестнадцати. Наверное, аппарат до сих пор звонит на дне океана, распугивая рыбу.
– Запрограммирован, – пояснил Суда. – Если что, нажимай 1.
Других кнопок на аппарате и не было. Только один большой круг с цифрой 1. Я припомнил историю про то, как Ёси не явился на концерт в Хиросиме, поскольку был занят спасением юной проститутки из каких-то бань высокого пошиба. На следующих гастролях он носил специальный браслет с микрочипом, чтобы охрана могла отыскать его перед выступлением. Заодно из фильмотеки гастрольного автобуса были изъяты «Таксист», «Красотка», «Настоящая любовь»[113] и еще с полсотни кассет.
