– Что уже? – возмутился Алексей, чей законный выходной я нагло заняла доставкой и вот уже три часа гоняю по городу.
– Ничего, это не тебе. Просто идея, – которую нужно срочно записать. Пока не выветрилась, пока сомнения ее не заглотили, а вместе с ней и меня.
Все-таки у богатых и крутых наверняка уже есть свой дизайнер, оформитель интерьеров, цветочный поставщик, а тут мы без имени, без крупной клиентуры… Настроение из боевого начало скатываться в уныло-угнетенное. Следом я представила, как вся база денежных клиентов обращается в «Розовые сны» или еще к кому-нибудь раскрученному и эксклюзивному. Перед моим мысленным взором уже мелькнула вывеска «Цветочник года», на котором гордо стояла уверенная фифа из Снов. К счастью, за ее плечом нарисовался въедливый свет наш Саня с победным взглядом, и я выпала из мрачных мыслей.
Рано отчаиваться! У меня еще не было ни поражения, ни успеха, а я уже чуть было не отреклась от всего. Выудив блокнот из сумки, быстро написала последнюю идею и, не давая себе усомниться, спрятала его. До магазина оставалось пара поворотов, до начала новой жизни – несколько минут.
– Вы сейчас точь-в-точь мой племянник, – буркнул Александр, когда я отпустила наконец-то Алексея и в красках живописала загруженные доставкой часы. Соня была счастлива, а наш помощник хмур и нелюдим.
– К чему сравнение?
– Он так же погружен в процесс, когда идет к цели, – ответили мне.
– И это плохо?
– Нет.
– Тогда почему ты решил об этом сообщить? – задала вопрос, радостно вычеркивая все намеченные на это утро пункты. Все-таки я молодец! И это успела, и вот это тоже успела…
– Потому что он сзади вас, и вы сейчас выглядите один в один.
Я вскинула взгляд на парня, обернулась, услышав звон колокольчика, и попала под прицел двух пар глаз. Протяжное «Зашибись!» застыло в горле. В двери, загораживая вход, стоял мой бывший, а перед ним возвышался Айсберг. Возвышался, хотя и был на голову ниже. Но черт побери, именно сейчас я невероятно, несказанно обрадовалась Марку, его спокойствию, выдержке и предложению сыграть влюбленных.
– Ты?! – Вот мое спасение, вот моя пилюля от бесполезной любви к вечному жениху, что терпеть не может быт и сопутствующие ему проблемы.
Брови Тохиного шефа недоуменно изогнулись, кадык дернулся, выдавая смятение. Конечно, мы условились играть лишь в Италии, и в этот самый момент я не должна столь безумно улыбаться, но неужели он не может мне подыграть? Хоть немного и немедля.
– Привет, – с особой интонацией выдал Петр Сергеев, словно не исчезал более полугода назад, словно я не оборвала все наши связи, чтобы спасти себя. – Ждала?
Я не только не ждала, я его не слушала, и слышать не собиралась. Показательно отбросила блокнот, обошла прилавок и беззастенчиво налетела на Марка. Губы скользнули по твердой мужской скуле, пальцы вцепились в ткань костюма, я в отчаянии выдала первое что пришло на ум:
– Заберите меня отсюда!
– Всенепременно, – ответил он, и, подхватив меня, вынес на улицу. – Александр, у нее короткий день.
– Я понял, шеф.
– Э-э… Полина? – полетело нам вдогонку.
Недоуменный, но все такой же исполненный ласки зов Сергеева подстегнул меня в считанные секунды забраться в автомобиль Айсберга, пристегнуться и скомандовать «Погнали!» Он повиновался, вывески салонов понеслись прочь на максимально допустимой в городе скорости. Только когда наш цветочный исчез из виду, я ощутила, как напряжены мои плечи и крепко сжаты зубы. Кажется, даже забыла о способности дышать, вросла спиной в сидение кресла и вот-вот пущу в него корни под заполошный стук собственного сердца. Мысленная медитация не помогла ни через минуту, ни через две, а к началу третьей Тохин шеф негромко поинтересовался:
– Что это было?
– Мое прошлое.
– Не особо похоже на прошлое. Он вел себя как реальное настоящее. – Проницательное замечание, бывший всегда так себя вел, в том числе и на первом свидании.
– Да, но он меня об этом не спрашивал. И вот уже почти пять лет я у него то ненужное прошлое, то самое заветное настоящее. А в перерывах между этими событиями я неизвестно кто или что, – сдерживая обиженный сип, отвернулась.
– Нужно вернуться, – постановил вдруг Айсберг.
– Зачем?
– Разъяснить, чтобы окончательно исчез.
Мой спаситель решительно включил поворотник, желая объехать квартал и вновь нагрянуть в магазин. Но я прикоснулась к его локтю, прошептала:
– Проблема не в нем. Это я настолько привязалась, что каждый раз, как дура, прощаю. И меня эта дурость порядком бесит. Я не понимаю, что происходит. Это устоявшаяся привычка или ломка наркомана.
Сигнал поворотника умолк. Повисло молчание, неуютное, если бы не классическая музыка, звучащая на заднем фоне.
– Сейчас вы здесь, – заметил Айсберг.
– Спасибо.
