Бриерсон пользуется большим уважением среди других низтехов. В сочетании с высокой степенью его компетентности это может сделать его незаменимым в борьбе против Стивена Фрейли и против тех, кто будет заправлять мирниками. Что делать, если он окажется противником нашего плана? Эта мысль может показаться смешной — ведь Бриерсон родился в цивилизованной эре. И все же я в нем не уверена. Цивилизация дает возможность самым странным типам людей найти в ней свое место, они могут даже приносить пользу. Здесь мы временно оказались вне цивилизации; люди, с которыми мы легко договаривались раньше, сейчас могут стать для нас опасными. Вил все еще лишен ориентиров — может быть, именно этим объясняется его поведение. Но он может оказаться во власти почти бесконтрольной злобы, а за его нынешней доброжелательностью, возможно, скрывается ненависть к людям. У меня есть кое-какие доказательства, раньше мне было немного стыдно рассказать тебе об этом.
Ты знаешь, меня влекло к этому человеку. После того, как я сбежала с шоу Дона Робинсона, он последовал за мной. Я не собиралась с ним флиртовать, меня просто разозлила ловкость и хитрость Дона. Мне было необходимо с кем-нибудь поговорить, а ты вошла в глубокую связь. Мы с Видом обсуждали Дона, и только через несколько минут я заметила, что он положил мне руку на талию — вовсе не для дружеской поддержки. Я сама виновата в том, что позволила ему зайти так далеко, но Бриерсон не захотел принять «нет» в качестве ответа. Он довольно сильный человек — синяки, которые остались у меня на груди, требовали медицинского вмешательства. Ты понимаешь, Леля? Он разозлился настолько, что был готов избить меня, когда я ему отказала. Бессмысленное действие, если учесть, что Фред находился всего в нескольких метрах. Я была вынуждена сдержать рефлексы робота-защитника, иначе Бриерсону пришлось бы целую неделю приходить в себя после парализующего удара. Я влепила ему пощечину и припугнула Фредом. Тогда он от меня отстал, и мне даже показалось, что ему стало неловко.
Вил снова и снова перечитывал абзац. Слова парили в круге света, который отбрасывала настольная лампа… «Интересно, — подумал он, если бы я был в нормальном состоянии, как бы я отреагировал на эти слова Марты. Впал бы в ярость? Или просто был бы потрясен тем, что она способна на такое вранье?»
Он раздумывал над этим довольно долго, не замечая давно наступившей ночи. Наконец он понял. Он бы не рассвирепел и не обиделся. Когда к нему вернется способность чувствовать, он испытает ликование.
Он разгадал дело об убийстве Марты. Впервые за все время Вил был совершенно уверен в том, что доберется до того, кто его совершил.
<p>Глава 20</p>
