Тот же буквально пожирал её глазами, словно… в общем, Ирке его внимание совсем не понравилось, и взгляд этот липкий, и улыбочка похотливенькая, словно в штанах у него защекотало.
— Не хотите куда-нибудь пойти посидеть? — неожиданно предложил он.
Неожиданно для Гордеевой.
— А зачем я тогда мороженое просила? Лучше бы съела что-нибудь. Ты же говорил…
— Так что? — словно не слышал он свою девушку, обращаясь исключительно в Ирке. — Тут недалеко есть неплохой ресторанчик, — перевёл он взгляд на Иркину маму.
— Ой, спасибо! — У Ирки была очень понятливая мама. — Хорошо вам посидеть, а у меня ещё куча дел. — Она похлопала Ирку по руке, шепнула: — Долго не задерживайся.
Ирка хотела ответить, что вообще никуда не хочет идти, она бы лучше с мамой домой поехала, но Гордеева вцепилась как клещ: пойдём, пойдём, давно не виделись. И Ирка согласилась.
Что ничего хорошего из этого не выйдет, было ясно ещё на подходе. Котя Владислав, оказавшийся на редкость хвастливым и начисто лишённым чувства юмора (Ирка поняла, что с ним не так, едва он раскрыл рот), тут же принялся рассказывать о себе. О своей машине, о своей собаке, о пивоварне имени Коти, что производила крафтовое пиво.
— У Влада свой пивоваренный завод, — радостно добавила Гордеева.
Ирка слушала невнимательно. Даже не стала спрашивать, почему они не идут дегустировать его пиво. Она честно собиралась перекусить каким-нибудь салатом (жутко проголодалась, а с утра её подозрительно тошнило), зайти в аптеку купить тест на беременность и ехать домой.
Неплохим ресторанчиком оказалось ужасное восточное заведение с огромным танцполом по центру и подгулявшей компанией, видимо, с обеда, отмечавшей здесь какой-то юбилей.
— А ты о чём думаешь? — спросил её Владислав, когда они уже сделали заказ. Осталась последняя надежда не испортить вечер, если готовят у них неплохо. — У тебя такое задумчивое лицо.
Что он рассказывал, Ирка прослушала, она считала, когда у неё должны пойти месячные, и хотела было сказать об этом Коте — за ней бы не заржавело, но передумала. А то Воскресенский опять скажет, что это она мужика обнадёжила.
— Я думаю, если сварить суп из русалки, он будет мясным или уха? — ответила она.
Гордеева истерично заржала. Котя вымученно улыбнулся.
— Может, шампанского? — спросил он исключительно Ирку.
— Шампанское я пью только по утрам, — ответила она.
— Так, без проблем, — ответил Владик, воспользовавшись тем, что Гордеева ушла пудрить носик. — Поехали ко мне. И будет тебе утром шампанское.
— У меня есть парень, — ответила она сухо.
— Да кого это интересует, — хмыкнул Котя.
— Меня, — смотрела на него в упор Ирка. — Читай по губам. Нет.
— Ну можно было и не грубить, я так-то понятливый, — картинно обиделся он, как типичный манипулятор.
— Молодой человек! — позвала Ирка официанта, — разделите счета, пожалуйста, я сама за себя заплачу. — «От греха подальше».
— Да прекрати! Ничего не надо, — махнул Котя чернявому пацану в фирменном фартуке, который уже ответил Ирке: «Конэчно».
Ей даже показалось, что Владик действительно всё понял и успокоился.
Но хрен там!
Потом он выпил. Начал складывать руки на спинку её стула. Потом потащил танцевать, причём обеих, но Гордееву поддержал за руку и оттеснил, а Ирку начал откровенно лапать.
Она раз сбросила его руки, второй, подхватила какого-то пьяного дедушку, лихо отплясывающего то ли лезгинку, то ли чечётку под «Руки вверх». Не помогло.
62
Когда Котя очередной раз положил руку ей на задницу, Ирка со всей силы наступила ему на ногу каблуком, и пока он кряхтел от боли и чертыхался, сунула официанту купюру за свой заказ (салат, кстати, был отличный) и ушла.
— Эй, ну ты чего, хорошо же сидели, — прихрамывая, выскочил вслед за ней Котя. — Давай мы тебя до дома отвезём. Ну хоть телефончик дай, — несмотря на Иркин яростный отпор и отдавленную ногу, лыбился он.
На его последних словах Гордеева, что выперлась вслед за ним, кажется, стала что-то подозревать.
— У меня есть её телефон. А зачем тебе? — спросила она.
Что ответил Котя, Ирка не услышала: на её счастье, такси как раз высадило пассажиров, и водитель ответил, что свободен.
Она громко захлопнула дверь, с облегчением откинулась на спинку сиденья. И никак не ожидала, что Гордеева навестит её сегодня на работе.
Что наплёл этой дуре её Котя, догадаться было несложно.
— Подруга называется! — размахивала руками Гордеева. — Кто дал тебе право вешаться на моего парня!
— Насть, — устало вздохнула Ирка. Всё же свой титул Безмозглая она получила неслучайно и носила гордо и заслуженно. — Это он на меня вешался.
— Котя меня предупредил, что именно так ты и скажешь, — важно заявила Гордеева. — Но это неправда! Котя не такой. Он меня любит. Если у тебя недотрах, и твой парень в Москве, это вовсе не значит, что нужно лезть к моему. Потому что, знаешь… мир круглый.
— Земля, — покачала головой Ирка. — Земля круглая.
