– Извините, где сейчас комиссар полиции? – Я закрыла бутылку и поставила её на стол. – Я думала, меня должен опрашивать комиссар, ведь в деле замешаны дети. – Вспомнив откуда-то порядок проведения необходимых мероприятий, я замолкла, ощутив слабую растерянность от собственных знаний, а Изи громко и удивленно хмыкнула, покосившись на Морриса. Последний проигнорировал взгляд и выпрямился, поправив пиджак.
– Произошло крупное ограбление, и комиссар полиции, Дэвид Льюис отправился туда сразу же после того, как посетил место происшествия со школьным автобусом. – Спокойно произнёс шеф, с различимым нежеланием в голосе сообщать подробности ограбления. – Давай вернёмся к показаниям, которые ты изъявила желание дать, отказавшись от медицинской помощи. Ты можешь рассказать свою версию событий? – Уильям стал сурово-серьёзным и вновь скрестил руки на груди.
– Могу. Наш автобус пытался протаранить бензовоз, и у него это практически получилось. Водителю пришлось затормозить, двери были разблокированы, и преступники смогли пройти в салон. Нас захватила банда Психов во главе с Роджером Бруно, и он представился их лидером, хоть и… – Не удержавшись, почувствовав кольнувшую боль, я зажмурилась на несколько секунд. В голове пронеслась мысль о том, что показалось мне странным при знакомстве с главарём банды. Я увидела его характерные особенности, стиль и манеры поведения, он был безумен и жаждал реакции исключительно на своё представление, перетягивая всё внимание на себя. Стиль банды отличался. Психи пытались привлечь внимание общественности, совершая громкие преступления, которые обязательно попадали на первую полосу газет с кричащими заголовками и пугающими картинками, но сами участники банды не выделялись, действуя общей преступной группировкой. Задумавшись о том, что выбранная цель в качестве заложников школьного автобуса мало походила на стиль Бруно, который явно жаждал большей зрелищности, чем испуганные дети, я не заметила, как стала крутить кулон, висящий на шее, в руках, прижимая его к губам.
– Софи. – Вернул меня к действительности обеспокоенный голос Морриса. Я моргнула несколько раз и уставилась на Изи. Она внимательно смотрела на меня в ответ. Джонсон наклонила голову немного вперёд, заглянув в глаза, и прядь тёмных волос упала ей на лицо. Изи поспешно убрала её за ухо. Моррис еле слышно вздохнул. – Если ты чувствуешь себя плохо, мы можем перенести дачу показаний на другой день.
Сообразив, что шеф полиции предложил подобный вариант скорее из вежливости, чем обеспокоенности за моё здоровье, желая записать свежие показания, пока детали произошедшего не стёрлись из памяти, я ощутила новый приступ головной боли.
– Если вы не против, шеф Моррис, то я соглашусь на это предложение. Я действительно нехорошо себя чувствую. – Слабо кивнув, я посмотрела сначала на Морриса, а затем на Изи, стараясь найти понимание в их лицах. Шеф коротко кивнул головой в ответ.
– Я оставлю тебе свой номер телефона. – Уильям взглянул на календарь, висящий на стене. – Приходи в четверг, если почувствуешь себя лучше. Здесь ты точно найдешь либо меня, либо комиссара. Сообщишь свою фамилию на посту, и тебя проведут ко мне или к Льюису, в зависимости от того, кто будет на месте.
– Спасибо за помощь, шеф Моррис. – Поднявшись со стула, я адресовала мужчине слабую дружелюбную улыбку. – Доктор Джонсон. – В прощальном жесте кивнула молодой женщине. Изи мягко улыбнулась в ответ, не двинувшись со своего места. Моррис, успев записать номер телефона на маленьком листке бумаги, отдал его мне, предварительно сложив вдвое.
– И ещё, Софи, зови меня Билл. Не люблю эти официальные обращения. – Обратился ко мне шеф на выходе, после чего я улыбнулась ему и вышла за дверь.
– Софи, конечно, я всё понимаю! Без разговоров. – Шарлотт перебила ровно в тот же момент, когда в телефонном разговоре я заикнулась об отгуле до следующего рабочего дня. – Пережить такой стресс, да ещё стать заложницей полномасштабной погони с опасными душевнобольными преступниками, которые в любую секунду могут навредить. Невероятно ужасное злоключение! – Выпалив на одном дыхании, девушка громко и нервно вдохнула, немного успокоившись. – Мне очень жаль, что с тобой это произошло. Я равнодушно отношусь к подобным инцидентам, потому как они не трогают меня лично, но я не могу представить то, что ты сейчас испытываешь. – Уокер замолчала, громко засопев в трубку, не зная, что добавить. Её слова меня слегка смутили, переживаний по поводу недавнего происшествия не возникало, а единственное, что я чувствовала, добравшись до квартиры, в которой жила последние несколько недель, это усталость. Присев на кровать, освободившись от лишней одежды, ощутила усилившуюся головную боль и забралась под одеяло. Из динамика донёсся слабый шорох, словно Шарлотт прислонила телефон ближе к уху. – Ты уже дала показания полиции?
– Нет, мне стало нехорошо, и меня отправили домой, перенеся дачу показаний на четверг.
