– Тогда почему ты так настойчиво преследовал меня прошлой ночью, а сейчас даже не можешь посмотреть мне в глаза? Ведь ничего не изменилось, кроме того, что ты лучше узнал меня. – Она не смогла сдержать слез.
Он провел рукой по своей шее.
– Проклятие! Девочка, послушай, все, что я узнал о тебе, мне понравилось. Возможно, я понял, что ты достойна лучшей партии, чем я.
– Что ты имеешь в виду?
Маккаррик проскрипел нехотя, будто вытягивая из себя слова клещами:
– Когда я уезжал, Куин думал, что ты, вероятно, оказалась… в компрометирующем положении.
– Что значит «в компрометирующем положении»?
– Он подозревал, что дела у тебя обстоят не так, как он думал. Куин намеревался… приехать и жениться на тебе, если я не сделаю этого, – добавил Маккаррик тише.
Мэдди приоткрыла рот. Этим и объясняется нерешительность Маккаррика? Неужели он считал, что Куин лучше? Куин хороший человек, и ей было бы лестно заполучить его в мужья, но ее никогда так не влекло к Куину, которого она знала всю жизнь, как к этому грубому едва знакомому горцу.
– Он как раз тот, кого ты добивалась, поэтому ты могла бы…
– Мне не нужен Куин. Мне нужен ты.
У него был такой ошарашенный вид, будто она стукнула его по голове. Маккаррик кашлянул в кулак, прежде чем смог заговорить:
– Ты что, не слышишь? Ты можешь выйти замуж за мужчину, за которым охотилась.
– За которым я охотилась до встречи с тобой. – Перед ними, наконец, остановился экипаж. – Я сказала тебе, Шотландец, чего хочу. Поэтому решай, как поступишь со мной. Но принятое сейчас решение должно быть окончательным.
Итан открыл дверцу экипажа, но задержался, стиснув ручку с такой силой, что побелели костяшки пальцев.
Мэдди набрала в грудь побольше воздуха.
– Ты не можешь уехать, а потом вернуться за мной через месяц, не можешь также бросить меня через несколько недель…
Раздраженно фыркнув, он схватил ее за талию и притянул к себе.
– Тогда полезай в экипаж, – сказал он со злостью, заталкивая ее внутрь.
Итан сидел, уставившись в потолок вагона и обдумывая важность предпринятого им шага.
Девчонка, по-видимому, решила приклеиться к нему намертво. Потому что полюбила. Он признался в убийстве, а она снова одарила его тем обожающим взглядом.
Иногда пребывание в ее обществе напоминало ему их с Хью вылазки на охоту. Его брат был прекрасным стрелком, настолько быстрым и метким, что даже Итану, которого не назовешь нерасторопным, стало казаться, что он теряет время, стараясь лучше прицелиться, и это его раздражало. Нечто подобное происходило и при общении с Мэдлин. Он все старался лучше вглядеться. Она всегда сбивала его с толку.
Если бы Итан не был таким осторожным, то мог бы привыкнуть к этим ее взглядам.
А когда она встретила его у дома, а потом с глазу на глаз сказала, что предпочитает его Куину? Ликование, которое он ощутил, было просто неописуемым.
– Хочу предупредить тебя, – сказала Мэдлин, – поезда имеют обыкновение действовать на меня, – она сладко зевнула, – усыпляюще.
Через пять минут после отправления ее тело обмякло и она уткнулась лбом в его плечо, но тут же встрепенулась. Так повторялось несколько раз, пока Итан не сказал:
– Спи. Я буду оберегать твой сон. Мэдлин кивнула.
– А можно мне прилечь здесь? – Она пожирала его грудь таким голодным взглядом, словно всю жизнь мечтала спать на ней.
– Я думал, ты любишь спать одна.
– Только в постели.
– Почему? – Не подумав о последствиях, Итан похлопал себя по груди, призывая Мэдлин лечь. Та с готовностью прильнула к нему, и его рука непроизвольно обняла ее. – Почему только в постели?
– Когда я сломала руку, то попала в больницу для неимущих. Там укладывали по четыре девочки на койку. – Ее голос звучат все тише. – Каждую ночь эти девочки метались в горячечном бреду и постоянно били меня по больной руке. Если бы пол не был очень холодным и грязным, я предпочла бы спать там. – Она замолчала, и он подтолкнул ее, призывая продолжить рассказ. – Пришлось провести там много дней, прежде чем меня выписали.
– Твоей матери тогда уже не было в живых? Мэдлин вздохнула:
– Коррин сказала тебе.
– Да. Не вини ее. Я, как ты знаешь, могу быть убедительным. Ну, отвечай же на вопрос.
– Нет, еще жива была.
– Почему же тебя поместили туда?
– Моя мать просто… забыла о моем существовании на некоторое время. Когда подыскивала нам новое место для жилья.
Итан прикрыл глаза. Да, он-то думал, что у нее должно быть много общего с Сильвией, а оказалось, что у нее больше общего с ним самим. Они оба пострадали из-за этой женщины.
– Почему ты не сказала мне, что твоя мать умерла?
– Слово «сирота» звучит так… жалко. А я не хотела, чтобы Клодия и Куин знали, как ужасно я живу… жила в Марэ. Я не знала, можно ли доверять тебе, не расскажешь ли ты друзьям.
– Как умерла Сильвия? – Мэдлин отпрянула.
– Ты ее знал? – спросила она, нахмурившись.
– Никогда не встречал ее, – легко солгал Итан.
– Ты назвал ее по имени.
– Куин говорил мне, как звали твоих родителей, и Коррин назвала ее имя сегодня. – Он положил ладонь на ее голову и притянул к себе.
– О, что ж, она умерла от холеры, когда мне было четырнадцать.
