— Что это? — она неохотно вылезла, цепляясь обеими руками за дверцу и болезненно морщась, как на приеме у стоматолога. «Да что это с ней сегодня стряслось?! — посетовал Володя. — Принцесса на горошине какая–то: и то ей не так, и это не этак!..» Не вдаваясь в объяснения, он беглым спортивным шагом направился к идеально вымытым стеклянным дверям, и грешным делом про себя подумал: «Хоть бы в них сейчас не врезаться, как в фильмах про Чарли Чаплина!» Своенравной принчипессе ничего другого не оставалось, лишь вприпрыжку поскакать за ним следом.
Принчипесса — это Янкин домашний ник, в вольном переводе с итальянского, к которому Володя питает давнюю слабость. На все остальные прозвища, пускай даже ласковые — вроде «телепузика», ну чем плохо?.. — малая только фыркает и однообразно обижается, не угодишь.
— Надо купить пару рубашек, — деловым тоном бросил он дочери уже внутри. Посмотрим, начнет сейчас возражать или смолчит?.. — Если что–то вдруг понравится, то не стесняйся, время есть.
Янка едва взглянула на пестрые ряды женского отдела (хотя модели там были приличные, как раз в ее стиле), небрежно, одним пальцем, тронула пару вешалок и горделиво вздернула курносый нос:
— Не то!
«Откуда в одной маленькой девчонке столько гонору? — озабоченно нахмурился Володя. И сам себе ответил: — На маму свою насмотрелась, откуда же еще!»
— Ну, тогда жди. Хозяин — барин, — безразлично проговорил вслух: лучше оставить малую в покое, раз уж нашел такой «бзык». Он еще с Мариной освоил этот трюк: чем больше оказываешь внимания, тем сильней начинает выкаблучиваться! Здесь единственный верный выход — переждать, или еще того лучше — пойти заняться своими делами.
Давно была куплена темно–синяя рубашка в мелкую полоску и несколько джемперов на каждый день. И даже ненавистный Володе галстук нейтрально–серого цвета — уж очень настойчиво молоденькая и основательно разящая духами продавщица пыталась его всучить. И при том в открытую с ним заигрывала: ворковала с томным придыханием, вовсю стреляла подведенными светло–голубыми глазками и поправляла без всякой надобности воротник его рубашки. А теперь еще и в затылок нежно дышит, ни на метр не отходит — хорошо, что он пришел с дочкой! И хорошо, кстати, что дочка всего этого не видит…
Расплатившись за покупки, он обнаружил, что Янка бесследно пропала. Успел обшарить весь магазин и начал было не на шутку беспокоиться: куда может запропаститься девочка–подросток в средних размеров бутике?.. Но выручила та самая блондинистая («а ля» Мерилин Монро) продавщица, с обворожительной улыбкой поманила наманикюренным острым пальцем в самый дальний угол. Так и есть, примерочная: бархатная, бордового римского цвета штора заметно колыхалась, как от ветра, за ней угадывалась непонятная, но очень активная деятельность. Наконец штора элегантным рывком распахнулась, точно театральный занавес, и Янка предстала перед ними во всей своей красе. В первую минуту Володя ее не узнал — да его ли это милое и местами застенчивое дитя?.. Непривычно высокая от супермодных остроносых сапог на шпильках, вся затянутая в кожу — матово блестящая черная с заклепками куртка и критической длины (опять–таки кожаная!) мини–юбка. Возникает только вопрос, как она собирается в ней сидеть?..
Янка эффектно замерла перед негустой аудиторией, потом медленно покрутилась на месте, чтоб он рассмотрел ее со всех сторон, ни одной мельчайшей детали не пропустил. И настолько счастливое у дочки было лицо, такие блестящие от возбуждения глаза, что все Володины насмешливые комментарии замерли на кончике языка. Пускай потешится, остается еще слабая надежда, что не придется этот рокерский «прикид», как они сейчас говорят, покупать. Вдруг Бог услышит его молитвы? Что–нибудь другое себе да и присмотрит…
— Это в лицей! — торжественным и изрядно писклявым от радости голосом объявила Янка.
— Да-а, вашего директора точно кондратья хватит…
Дочка смотрела на него огромными умоляющими глазами — именно с таким лицом она в детстве «сбивала», по выражению Марины, c него самую дорогую в магазине куклу. Володя без особого сопротивления сдался:
— Ну ладно, если тебе так нравится… — и обернулся к вежливо притихшей белокурой продавщице: — А плаща к этому костюмчику у вас нету?
Девица потрясенно захлопала чересчур накрашенными ресницами и помчалась что–то неотложное выяснять. Пришлось галантно перехватывать ее на полпути и покаянно просить прощения: пошутил, словом, бес попутал! Продавщица неуверенно засмеялась и на всякий случай уточнила: нет, плащей пока не привозили, но если вам очень нужно…
