— Впечатляет, — говорит он, насмешливо склонив бровь. — Но, что теперь ты
собираешься делать? Думаю, ты уже знаешь, как этим пользоваться.
— Может быть, — отвечаю я. — Но я не все освоила. И любому хорошему ученику
нужен учитель.
Он смотрит на меня, когда я соскальзываю со стола и стягиваю его штаны, потом
его нижнее белье. А потом я встаю на колени перед ним.
Его глаза расширяются.
91
— Ты собираешься... — его голос замолкает, когда я беру член в свою руку, двигая
пальцами вниз по его длине. Его член оживает, мгновенно становясь жестким. Я
улыбаюсь.
Я смотрю на него.
— Я уверена, что у меня есть своя методика, но у всех есть предпочтения, ты
согласен? — Он, молча кивает, глаза застыли на мне, когда я крепко сжала его член в
руке. — Поэтому я хочу, чтобы ты рассказал мне, какой именно оральный секс ты хочешь.
Он застывает, его руки безвольно лежат на моих плечах.
— Ну, ты должна начать с того, что повторишь этот вопрос, но вместо того чтобы
сказать оральный секс, скажешь так:
подожди. Скажи «хуй». Потому что это слово, исходящее из твоих уст, будет ужасно
жарким.
Я улыбаюсь жадному взгляду на его лице. Мне нравится, что он такой большой и с
татуировками, но я могу возбудить его и лишить дара речи с помощью только одного
маленького слова. И, скажу прямо: это одно озорное слово возбуждает и меня.
— Хорошо, я играю. Скажи мне, Пакс. Как ты хочешь, чтобы я сосала твой хуй?
Пакс полностью застывает, а его член только становится жестче в моей руке, хотя я
не знала, что это возможно.
— Язык проглотил? — дразню я, опуская голову, и провожу языком по его члену.
— Это не моя методика.
Он вздрагивает, когда я провожу своим языком вокруг головки, потом спускаюсь
вниз, копируя то, как облизываю леденец.
— Ты чертова лисица, — бормочет он. — Ты знаешь, что делаешь.
— Я знаю. Но скажи, что ты действительно хочешь, — я возбуждаю его, когда
снова провожу по нему своими пальцами. — Я хочу знать.
Он глотает и закрывает глаза, прислонившись спиной к столешнице, его руки
хватаются за края. Он толкается дальше в мой рот.
— Хорошо, Красная. Мне нравится, когда ты берешь всего меня в рот. Я хочу,
чтобы ты взяла меня глубоко в горло. Если сможешь справиться с этим.
Последнюю часть он говорит вызывающе.
Я хочу улыбнуться, но не делаю этого. Он продолжает говорить, его голос
хриплый.
— В то время, как ты сосешь, я хочу, чтобы ты немного сжимала мои яйца. Тянула
их. Слегка. Нажми пальцами прямо на мои яйца и тяни. Слегка, не слишком сильно.
Он снова вздрагивает, когда я делаю, как он говорит. Я слегка тяну его яйца к
моему рту.
Я медленно двигаюсь губами вдоль его длины, работая всем своим ртом. Я
чувствую, что он практически достает до задней части моего горла, но не задыхаюсь. Я
просто сконцентрирована на том, чтобы держать свои зубы подальше от него, скользя по
нему.
— Черт, — стонет он, вцепившись в каменную столешницу. — Черт.
Я убеждаюсь, что мои губы образуют хороший вакуум и продолжаю сосать,
скольжу, двигаюсь. Я глажу его яйца и потягиваю их, и дыхание Пакса становится все
более и более неровным.
А потом я сосу его яйца, лежащие в моей руке.
Он полностью напрягается, костяшки пальцев побелели.
— Черт.
Я улыбаюсь, когда лижу их, потом сосу. Потом снова лижу.
Потом я погружаю его член обратно в рот, на всю длину. Внутрь, наружу. Он
влажный.
Я увеличиваю скорость, и он, наконец, дергает меня за плечи.
92
— Я сейчас кончу, — говорит он мне неровно. — И я хочу, чтобы это произошло
внутри тебя.
Я сдергиваю с себя одежду, и он ставит меня на четвереньки, входя в меня сзади.
Пакс наполняет меня, страстно впиваясь ногтями. Он качается во мне туда-сюда,
наклоняясь надо мной, прижимая губы к моему уху.
— Скажи мне, чтобы я трахал тебя жестче, — шепчет он.
— Трахни меня жестче, — говорю я послушно, и мой голос напрягается. Трудно
сформировать мысль, не говоря уже о словах, когда он делает это.
Скользя внутрь и выходя, он пробирается к моей передней части, делая круги
вокруг моей самой чувствительной точки. Затем он нажимает рукой на мой живот,
погружаясь глубоко внутрь. Я вскрикиваю, и он целует меня между лопаток.
— Скажи еще раз, — говорит он, губами прижимаясь к моей спине.
— Трахни меня жестче, — я понимаю, что кричу, когда он жестко врезается в меня
сзади, его рука двигается внизу, сводя с ума. — Пакс! О, мой Бог.
Я стону, но он тянет меня с собой к оргазму, который собирается быть
умопомрачительным. Я чувствую, как создается и нарастает желание, и его мышцы
сжимаются около меня, когда он движется.
— Кончи в меня, — говорю я ему. — Я хочу чувствовать, что ты кончил.
