– Нет! – сквозь сон слышу, как я кричу.
Резко сажусь и не понимаю, что происходит. Кира с широко распахнутыми глаза смотрит на меня, в зелёном омуте я читаю вопрос « Что происходит?».
– Всё хорошо, это просто сон. – Взволнованный шепот Киры даёт мне понять, что я всего лишь спал. – Всего лишь сон. – И в пол голоса добавляет – ты меня пугаешь.
– Это непреднамеренно…– на выдохе произнёс я и зажмурил глаза, стараясь тем самым прогнать плохие мысли.
Кира старается меня успокоить, но ещё «щенячье» глазки только больше поддевают меня, получается обратный эффект. Я всё ещё сбивчиво дышу, даже не замечаю того, что сижу, а не лежу. После пяти минутного разговора Кира окончательно отчаивается выбить из меня признание и забирается ко мне на колени. Заточает меня в свои объятия, тесно прижимаясь грудью, я чувствую, как вздымается грудная клетка при вдохе. На мгновенье забываю свою тревогу и вдыхаю цветочный аромат, который источает моя женщина. Кира на мгновенье отстраняется и целует меня в уголок рта.
– Всё хорошо, я с тобой. – Слова, произнесённые из её уст были направлены в мирное русло, но на деле они режут металл… – но когда-нибудь ты расскажешь мне что тебе снится. И почему ты кричишь на меня даже во сне?
– Даже не надейся, должна быть у меня хоть какая-нибудь тайна. Иначе…– сказал и сам пожалел, что сказа эту глупость.
Кира ухмыляется и наваливается на меня всем телом, мы падаем на подушку, а я по инерции кладу свои руки на упругую и не прикрытую материей часть тела, а именно сочную попку моей жены.
– Нет! Иначе я! – Она садится на меня верхом. Кажется, я уже проснулся… ну или часть меня.
– Кира…
Я пытаюсь встать, но она пригвождает меня к кровати, нажимая рукой на предплечье.
– Что происходит Крис? – Кира укоризненно смотрит на меня.
– Что ты имеешь в виду? – я непонимающе смотрю на неё.
– А ты не знаешь? – Кира хмурит брови, а я качаю головой. Тщетно стараясь понять смысл вопроса. – Ты зовёшь меня ночами, кричишь, словно увидел апокалипсис, просыпаешься в холодном поту. Почему ты зовёшь меня? – я пожимаю плечами. – Значит, звать, зовёшь, а дотронуться не можешь! – в тёмноте я вижу небольшой проблеск, и на мгновенье мне кажется, что это слеза. – Или просто уже не хочешь? Я что не вызываю у тебя эмоций? – тут Кира явно вскипела, так как повысила на меня голос.
Я шумно выдыхаю. «Ах, вот ты о чём!». Да ситуация наиглупейшая. Первые два месяца это вообще было опасно, для стабильной жизнедеятельности. Постоянные процедуры, уколы, постельный режим. Нельзя было абсолютно ничего, даже особый вид питания. Пришлось в полной мере воспользоваться услугами нашей домработницы. В то время Кира уже не могла позволить себе самостоятельно приготовить яблочный фреш или завтрак. Чисто гипотетически могла. Я не давал, одним словом поглотил её свободу окончательно. Эти месяцы она прожила в золотой клетке с алмазной огранкой.
