Она зашла в пустое жилище, скинула с лап туфли, и тут раздался вызов по-домашнему галло-скаю. Кит задрожала — и включилась, предварительно погасив визуалку.
Она не хотела видеть. Она знала.
Рогадор тоже отключил визуальный передатчик. Он тоже знал. И не хотел видеть. Но слышать?…
— Кит?
— Да? Это ты…
— Здравствуй, Кит.
— Здравствуй…
— Что ж мы не встретились? Ты не прилетела?
— Нет, я прилетела. Просто…
— Как прошел отпуск? Нашла себе более подходящего, чем я?
В голосе Рогадора послышались странные нотки. Кетцль бац, его влекло к котэйке, и он ничего не мог поделать. И он страшно боялся услышать: да, нашла.
— Что ты… — Киттейя смутилась — на самом деле смутилась! — Мы разминулись.
Представляешь… не знаю, как так вышло. Я думала, это ты не прилетел.
— Прилетел…
Они помолчали.
— Ну, может быть, в другой раз? Через год? На следующее Рождество?
— Возможно…
— Я должна тебе сказать, Рог…
— Я должен сказать тебе, Кит…
— Что? — вместе выпалили они.
— Я очень рад слышать тебя.
— И я тебя.
…Ну и что, что он — дракон… Если не видеть — не так и страшно. А сейчас — самый родной и самый лучший. И очень, очень хочется, чтобы он не исчезал!
…Ну и что, что она — котэйка… да, им никогда не быть вместе, и она не сыграет ему в заходящем солнце на виолончели — и не снесет яиц… Но это Китти, его Кит — и очень хотелось быть с ней — сейчас. А там… будь что будет.
Прошел год. За это время утекло много воды, как говорили на Земле. А еще Киттейя и Рогадор больше не боялись друг друга. И всегда подключали визуалку при разговоре.
— Кит. Смотри, что у меня есть. Я подумал, может, если ты приобретешь такой же… — Рогадор вытащил устройство для виртуальных контактов.
Киттейя аж зашлась в мурлыкающем рычании, предвкушая встречу.
У нее был такой же! Был! Новейшая разработка.
— Ну, здравствуй, — сказал дракон прекрасной драконихе.
— Ну, здравствуй, — сказала Киттейя прекрасному льву.
Две совершенно разных существа, две близкие души прогуливались в виртуальном пространстве вдоль высокого гребня скал. А рядом плескалось зеленофиолетовое море Марракоолетте.
А еще через год изменилось все…
— Ma, и они жили долго и счастливо, да? Долго и счастливо?
Маленькая кошечка с зачатками крыльев устроилась на коленях у матери. У матери не было крыльев, зато был шикарный хвост и потрясающая черная шерсть.
— Да, родная.
Гости-земляне заулыбались, закивали. Какая замечательная история! Рассказанная так понятно и откровенно… А еще говорят, котэйцы не гостеприимны и не любят землян. А уж, что про драконов говорят…
В пещере было скромно, но очень уютно. На видном месте стояли контрабас и виолончель.
— Киттейя, — мощный дракон тяжеловато переминался с лапы на лапу в проеме пещеры. Земляне пригнулись, хотя и гостили тут не в первый раз — но вид огромного дракона, на мгновенье закрывшего собой небо, приводил в ужас. Срабатывал инстинкт.
— Да, милый, — глаза кошки подернулись негой, она, не таясь, замурлыкала.
— Киттисчастии пора спать.
— Ну, па… — заныла кошечка, умильно потряхивая крылышками. — Ну, ма…
— Киттисчастия, — мягко, но твердо произнесла мать. — Слушайся отца. И гостям нашим пора. Скажи им спасибо за подарки. К ночи у них звездолет домой.
— Ma, па, а колыбельную?
Котэйка тихонько засмеялась и взяла в лапы смычок виолончели. Дракон, немного смущаясь, двинулся в сторону контрабаса.
Все шло по плану. Отдых на Радоке и дозаправка стали удовольствием. Полет проходил нормально.
Трое мужчин молчали. Один дремал, второй думал о чем-то своем, а третий, самый молодой, совсем юнец, вдруг, оторвавшись от толстой книги в массивном переплете, спросил:
— Гамлет, вот как?
— Что — как, Горацио? — отвлекся от своих дум мужчина.
— Как это возможно? Ну, ты ж знаешь, дельфин и русалка… несовместимы? Меня так учили. Ну… — он на минуту замялся. — Родители у меня очень старомодны…
— Понимаю, — засмеялся капитан. — Но это байки. Полетаешь с мое — не такое увидишь.
— Но как? Дракон и кошка?…
— Есть много, друг Горацио, в Галактике, что и не снилось нашим мудрецам[16].
— Все равно не понимаю.
— А ты у Йорика спроси.
— В смысле? Что спросить?
— Спроси, кто у него жена.
Тот, кого назвали Йориком, открыл глаза, загадочно улыбнулся, достал из кармана пластину с изображением, растянул в воздухе до реальных размеров. Горацио восхищенно выдохнул: сидящая вполоборота девушка была прекрасна. Тонкие черты лица, длинные белокурые волосы… Вот она приподнялась… грациозно, плавно… но не встала, нет — она… поплыла по воздуху, лениво поводя хвостом влево-вправо.
Русалка! Самая настоящая. Соблазнительно приоткрыла губы…
Гамлет улыбался широко.
— Бедный Йорик… — застонал Горацио. — Но как?!
— Любовь, Горацио, она и на краю Галактики любовь. А ей, как известно, покорны не только возрасты, но и жители разных планет. Вот это — не байки.
— Но дети?…
— Медицина не стоит на месте. И это хорошо.
— Но любовь, влечение, секс, в конце концов…
— Юн ты, Горацио. Какой у тебя полет?
— Второй.