— Да не стесняйся! Нечего ютиться, кровать большая, — настаивала та, и Женя сдалась.
Встала и, не раздеваясь, прилегла на край. С минуту лежали молча. А потом началось.
— Снимай, — потребовала Ирка и полезла стаскивать с Жени джинсы.
— Охуела? Отвали от меня.
— Да не ломайся ты! — Ирка вцепилась мертвой хваткой, расстегнула молнию и стащила до колен.
Жене вдруг стало безумно смешно. Ну идиотская же ситуация. Лежит в одной постели с женщиной, которую перетрахала, наверное, половина города и подвергается сексуальному домогательству.
— Ковалева, если у тебя недоеб, учти, у меня члена не имеется. Или тебе захотелось чего-то новенького?
Ирка, не говоря ни слова, окончательно стащила джинсы. Трусы Женя сняла уже сама, решив посмотреть, что будет дальше. Согнула ноги в коленях, широко развела и посмотрела с откровенной издевкой. Ирка уставилась на нее с предвкушением гурмана, вознамерившегося опробовать деликатесное блюдо. Нырнула головой между ног, втянула носом воздух, и лизнула. Женя фыркнула от щекотки, и рефлекторно свела колени, но та силой удержала их и продолжила. Что-то было не так, то ли явная неумелость раздражала, то ли накопившаяся неприязнь.
— Хреново, — заявила Женя. — Не получается у тебя.
— А как надо? Я не умею.
— Ты издеваешься? — изумилась Женя. — Сама ко мне полезла, а теперь не знаешь как? За лесбиянку меня что ли принимаешь? — внезапно ее охватило какое-то злобное веселье вкупе с куражом. — Сейчас увидишь, как надо.
Она дернула за руку, и Ирка оказалась на спине с широко разведенными ногами. Женя вдохнула, выдохнула и решительно вставила два пальца в ее мокрое, растраханное влагалище, добавила третий и провернула. Вот теперь как надо. Ирка дернулась и приглушенно вскрикнула.
— Молчи, блядь! — прошипела Женя и начала грубо, резко двигать пальцами, имитируя поступательное движение члена. — Сама хотела.
Дальнейшее происходило в тишине, нарушаемой стонами. Ирка завелась с пол оборота, кусала губы, мотала головой, закатывала глаза, вертела задницей, ерзала и раскрывалась по полной. Наконец кончила с хриплым вскриком. Действительно кончила. Видно было, что не притворялась. Ее аж затрясло всю. Понятно, почему она трахается со всеми подряд. И вправду нимфоманка. Женя брезгливо вытерла руку о простынь, подняла глаза и увидела Ольгу, стоявшую в дверях. Ну пиздец. И как долго она здесь находится? Шоу для одного зрителя или посмотрите, как Женя Сумина превратилась в лесбиянку.
— Ты куда? — спросила Ирка.
— Иди на хуй. Заебала, — она спрыгнула с кровати, грубо оттолкнула Ольгу, и вышла.
***
Женя стояла в ванной и смотрела, как вода закручивается в маленькую воронку и уходит в сливное отверстие раковины. Мыла для дезинфекции недостаточно. Руки хотелось стереть в кровь, содрать кожу, чтобы наросла новая, чистая. Еще бы сделать так с памятью. И будет совсем хорошо. Забыть словно ничего не было. Просто временное помешательство. Нет, не надо врать самой себе. На самом деле понравилось ощущение власти, доминирования, и возбудилась она невероятно. С мальчиками было по-другому. Не так ярко, не так сильно. Пожалуй, если бы на месте Ирки была другая, то... она не возражала бы повторить. Открылась дверь и вошла Ольга.
— Как ты? — спокойно спросила она.
— Нормально. Что тебе?
— Да так, немного беспокоилась, — Ольга сняла с крючка ближайшее полотенце, развернула Женю к себе и аккуратно вытерла сначала одну ладонь, потом другую. — Первый раз?
— Да.
— А не скажешь. Умелые у тебя пальчики.
— Спасибо за комплимент, — Женя выразительно посмотрела на нее, всем своим видом намекая, чтобы уходила.
— Достаточно красноречиво, — рассмеялась Ольга и спросила. — Не жалеешь?
— О том, что случилось не жалею. О том, что это произошло с ней - да.
— К счастью, она не единственная девушка, которая не отказалась бы от таких пальцев.
— Это намек или конкретное предложение?
— Простая констатация факта, — Ольга поднесла ее ладонь к губам, медленно лизнула указательный палец, втянула в рот, прикусила ноготь и посмотрела прямо в глаза. — Хочешь кофе?
— В три часа ночи?
— Да, — кивнула Ольга. Улыбка вновь осветила лицо, сделав его прекрасным и нежным. — Я умею варить очень вкусный ночной кофе.
— На чужой кухне?
— Нет, на своей. Моя квартира этажом выше. Пойдем?
— Уговорила. Ты иди, я сейчас выйду.
Женя осталась одна. Закрыла кран, протерла запотевшее зеркало и очень внимательно взглянула на свое отражение. Внешне ничего не изменилось. Те же карие глаза, вздернутый нос, веснушки, пухлые детские щеки и маленький плотно сжатый рот. А вот внутри... Кажется, она готова навсегда порвать со старой компанией, и пойти пить кофе, приготовленный девушкой с самой прекрасной улыбкой в городе.
