Сима подошла поближе и, однако, не упустила случая воспользоваться свободной минутой — достала из кармашка холщовую салфетку, квадратик зеркала, аккуратно вытерла лицо, руки и внимательно осмотрела себя. Над симиной привычкой все время следить за собой часто посмеивались в цехе. Например, если стерженщицам выдавали новые халаты, то Сима никогда не надевала халат до тех пор, пока он не был перешит по фигуре. Она приделывала к халату отложные воротнички и строго следила, чтобы они всегда были ослепительно чистыми.
— С работы меня сняли…
Сима сморщилась от напряжения, с трудом усваивая новость.
— Сняли? За что? Неужто — за кольцо? — всплеснула руками Сима.
— «За невыполнение приказов и распоряжений». Неоднократное! — вспомнила Рая формулировку приказа.
— Ну, знаешь! Мы эти штучки понимаем! — Сима начала решительно подбирать рукава халата, точно собираясь сейчас же идти расправляться с раиным врагом. — Это ему даром не пройдет! Мы пойдем к директору и все расскажем… Клава! Клава! — закричала она, увидев появившуюся вдалеке Волнову. — Ты знаешь, Клава, Раю с работы сняли за кольцовку! Подумать только!
— Это правда, Рая? — спросила Клава, участливо заглядывая Рае в глаза.
— Вот она, выписка, в сумке.
— Когда мне сказал Николай Матвеевич, что тебя сняли с работы, я даже не могла поверить.
— Николай Матвеевич? Откуда он знает?
— Он все время следил за твоими делами. Имей в виду, что в ОТК У тебя не меньше друзей, чем здесь, в литейной. И все возмущены поступком начальника ОТК.
«Вот как!» У Раи легче стало на сердце. Отрадно было слышать, что у нее есть друзья даже в отделе технического контроля, что литейщики все время следили за ее борьбой. Теперь она уже совсем не чувствовала себя одинокой.
— А ведь я тебя искала, Рая! — продолжала Клава. — Меня послал Николай Матвеевич. Тебе тяжело, Рая?
— Нет, теперь не тяжело. Где Николай Матвеевич?
— Он сейчас в плавильном. Хочешь, пойдем к нему вместе?
— Идите, идите! — вмешалась Сима. — Он не поможет — ты к нам приходи, Рая! Мы тебя всегда выручим!
Николай Матвеевич был в конторке начальника плавильного пролета. Только что закончилось производственное совещание, и он сидел за столом, слушая говорившего горячо и торопливо Алешу Звездина:
— Шлаковницы сделать — пустяки, Николай Матвеевич! Дайте мне железа и сварочный аппарат — я их вам столько наготовлю, что девать будет некуда. Зато какое удобство! Подставил шлаковницы, набежал шлак, остудил его, вывернул — и готово, грузи на платформу, вези в отвал. Вы только посмотрите, что сейчас делается у вагранок! Все они так и заплыли шлаком…
Шлак стекал из вагранок прямо на землю. Бригада рабочих была занята на разбивке и отгрузке шлаковых слитков, но не успевала справляться с делом. Алеша предлагал установить металлические шлаковницы, собирать в них шлак, после остужения выбивать наружу и отправлять в отвалы.
Николай Матвеевич ласково сказал:
— Видел, видел, как все это делается! Стыдно смотреть! А ты, Алеша, все такой же непоседа — опять со своей рационализацией!
Алеша насупился: ведь он предлагает хорошее, полезное дело, зачем же с ним разговаривать таким тоном? Николай Матвеевич почувствовал его обиду и тут же сказал:
— Ну, не сердись только, пожалуйста, я шутя сказал! Одним словом, уговорил ты меня, и мы твое предложение принимаем. Как ты смотришь, Халатов?
Начальник плавильного пролета Халатов, маленький, толстый, небрежно раскинул руки на спинках стульев. Барабаня пальцами, он недовольно поморщился:
— Фантазия! Никакой пользы не жду от этих… шлаковниц. Где вы их видели в литейных цехах?
Соломин пристально на него посмотрел:
— Ты что? Против?
— Да нет, зачем против? Пожалуй, я закажу цеховому механику. Попробуем.
— Непременно закажи и не одну.
В конторку вошли девушки — Рая и Клава. Соломин поднялся им навстречу.
— А, изгнанница! — шутливо начал он. — Мужество еще не растеряла? Как себя чувствуешь?
— Рвусь в бой!
Лицо Соломина стало серьезным:
— Подожди ты! В бой! Мы сейчас найдем помощника по кадрам. Устроим тебя к себе — вот тебе и будет весь бой.
Они вышли из конторки и отправились отыскивать помощника начальника цеха по кадрам.
На другое утро Рая вышла на работу в должности сменного мастера по стержневому пролету. Она просилась в рядовые стерженщицы, но Николай Матвеевич не разрешил.
— Уж это позволь нам знать, куда лучше тебя поставить. Нельзя допускать, чтобы народ думал, что Раю Рысеву наказали за ее затею и литейщики не в силах ее отстоять. Ты можешь работать только на должности выше той, которую занимала раньше. Так будет правильно и справедливо.
В самый разгар смены у Саши нехватило стержней. Он побежал за ними и заметил, что на первом станке никто не работает. «Вот так-так! Заказ строек коммунизма, и вдруг — простой! Неужели спать куда-нибудь забрался?» — подумал он про третьего сменщика Семена Соловьева.