У нас было несколько аварийных керосиновых обогревателей, оставленных в складском помещении, но не так много керосина для них. На пятом этаже два стояли в коридоре, и их включали на несколько часов по ночам, чтобы подогреть воздух выше нуля, но и только. Люди ставили сосуды с водой на них, чтобы разогреть, убивая двух зайцев. Кто-то спал в коридоре, поближе к обогревателям, но керосиновые пары воняли так сильно, что запах проникал мне в мозг, и от этого болела голова. ТиДжей сказал, что это, в конце концов, авиационное топливо.
Я вздрогнул. Никак не мог согреться. А может быть, мурашки были от чего-то еще. Так чертовски тихо. Ни телевизора. Ни тикающих часов. Ни мягкого дуновения тепла из вентиляционной решетки. Ни даже успокаивающего гудения бесчисленных электронных устройств, которых даже не замечаешь, пока их не станет.
Кто-то закашлял в коридоре. Вдалеке залаяла собака.
Я вздрогнул.
Я вспомнил, как ввязался в пьяный спор с одним парнем по поводу американских тюрем, он говорил о несправедливости системы, я – о том, как странно то, что мы тратим сорок тысяч в год на человека ради содержания наркоторговцев и насильников в том, что по сути является чистенькой гостиницей, с компьютерными и телевизионными комнатами, и бильярдными столами. Но теперь я понимаю, о чем он говорил. Осознание того, что не можешь уйти – словно поворачивающийся нож в брюхе. Я не мог думать ни о чем, кроме колючей проволоки по верху ограды, предназначенной для того, чтобы распороть руки до сухожилий, если попытаешься по перелезть через неё. Мое собственное правительство натянуло её там, имея в виду мои собственные руки.
Эти сотни злобных лезвий, висящие в пятнадцати футах над мозгами и кровавыми пятнами, оставшимися от парня, который попытался перелезть. Но даже заключенные знают, когда кончается их срок, они могут вычеркивать дни на календаре, ощущая свое продвижение к свободе. Но тут? Они могут держать нас тут вечно. Или отравить еду, как сказала Хоуп. Или уморить на голодом. Или дать оператору беспилотника попрактиковаться в стрельбе. Или заполнить двор неврно-паралитическим газом.
Я вздрогнул.
Я не мог остановиться. Я лег на бок и подтянул колени, пытаясь сохранить контроль. Где сейчас Эми? Смогла ли она выбраться из города? Как, черт подери, ей бы это удалось, когда в конце концов все перекрыли?
Я думал, что буду лежать тут, пялясь в стену, до самого восхода. Сна и близко не было. Но когда я услышал наши в своей комнате, я понял, что задремал.
Я не пошевелился. Открыл глаза и увидел стену. Я решил, что ничего не слышал, что мне это приснилось. Я закрыл глаза…
Моя кровать сдвинулась. Тяжесть. Мягко наваливающаяся.
«Хоуп?» - подумал я.
До этого она была дружелюбной, но были ли мы… Друзьями? Срань господня, это возможно? Я не думал, что могу так поступить с Эми, но тут, один в этом холодном месте? Смогу ли я отвергнуть теплую девушку с мягкой кожей и единственный шанс сделать то, что поможет мне все забыть. Я решил, что понятия не имею. Я оставался неподвижным, лежа на богу, не будучи уверенным, что делать. Я подумал о том, чтобы двинуть руку за спину в поисках бедра или ноги. Так, между делом. Чтобы понять, кто там. Интересно, обнаружу ли я её голой? Целая часть моей нервной системы с ревом ожила от этой мысли. Моя рука двинулась, медленно. Сердце колотилось.
А теперь смотри, ты оборачиваешься, а там ТиДжей в леопардовых стрингах.
Я дотянулся и повернулся одновременно.
В моей руке был клок рыжей шерсти.
Примечание: не спрашивайте автора о том, как были получены детали последующей цепочки событий. Объяснение будет более запутанным и неудовлетворительным, чем любая теория, которую способно породить ваше собственное воображение.
Опытные хозяева домашних животных знают, что если ваш питомец пропал, первый шаг – не паниковать. В подавляющем большинстве случаев он найдет просто найдет дорогу домой.
Молли знала это, так что она не особенно волновалась, когда её домашний самец человека пропал девять дней назад. Поначалу, куда бы Молли не отправилась, все находились в возбужденном состоянии, так что она решила, что это как-то связано.
В один день все люди кричали друг на друга, бегали и падали. Было трудно найти место, чтобы спокойно поспать, но в конце концов она нашла тенистое местечко между двумя домами и свернулась калачиком в тени одного из тех огромных зеленых ящиков, которые люди используют для хранения лишней еды. Внутри этого находилась восхитительно пахнущая добыча, возможно четырех- или пятидневной давности, но, забравшись в такой ящик, было сложно выбраться, и она не была голодна. Она только съела остатки еды, которые её человек позабыл дать ей прошлым вечером.
