Один из способов помочь людям принять концепцию развития снизу вверх – найти примеры, которые со всей очевидностью ее демонстрируют. Например, речь. Никто не разрабатывал специально английский язык, чтобы он выглядел и звучал современно (включая слово
Именно поэтому Интернет – доведенная до предела и выстроенная снизу вверх стихийная способность миллионов пользователей обмениваться данными между серверами. И хотя здесь присутствует некоторый контроль сверху – как и в самых демократических экономических и политических системах, – мощь цифровой свободы заключается именно в том, что никто ничем не управляет. За последние пятьсот лет человечество медленно, но неизбежно превратилось из системы, управляемой сверху вниз, в систему, развивающуюся снизу вверх, – по той простой причине, что и информация, и люди хотят быть свободными.
АЙРИН ПЕППЕРБЕРГ
Научный сотрудник Гарвардского университета, младший профессор психологии Брандейского университета, автор книги
Эта концепция берет начало в работах первых этологов, Оскара Хейнрота и Конрада Лоренца, которые определили «фиксированную форму действий» как инстинктивную реакцию, серию предсказуемых поведенческих актов, которые обязательно воспроизводятся при наличии определенных внешних сигналов, которые называют ключевыми стимулами. Когда фиксированные формы действий были впервые описаны, предполагалось, что они абсолютно лишены когнитивной переработки. Впоследствии выяснилось, что эти формы действий далеко не такие фиксированные, как считали этологи, но эта концепция сохранилась в исторической литературе как способ научного описания того, что в просторечии именуют «коленным рефлексом». Концепция фиксированной формы действий, несмотря на свою простоту, может быть ценным метафорическим средством изучения человеческого поведения.
Если мы заглянем в литературу, посвященную этому вопросу, то увидим, что многие инстинктивные реакции на самом деле были приобретены в ходе элементарного воздействия окружающей среды. Например, только что вылупившиеся птенцы серебристой чайки клюют красное пятно на родительском клюве, требуя пищи. Полагали, что это врожденная фиксированная форма действия, но оказалось, что все сложнее. Орнитолог Джек Хэйлман продемонстрировал, что врожденной является только склонность клевать колеблющиеся объекты, попадающие в поле зрения. Способность находить родительский клюв и красное пятно на нем приобретается с опытом, хотя и довольно быстро. Очевидно, определенная чувствительность должна быть врожденной, но развитие поведенческих актов зависит от того, как именно организм взаимодействует с окружающей средой и какова ответная реакция среды. Эта система не сводится к простому условному рефлексу «реакция А на стимул Б» – скорее, это детальный анализ как можно большего количества поступающих стимулов (особенно если речь идет о человеке).
Говоря об уместности этой концепции: если мы хотим понять, почему мы часто ведем себя определенным предсказуемым образом (и если нам хочется или нужно изменить эти поведенческие реакции), нужно вспомнить об унаследованной нами животной сущности и посмотреть, какие стимулы запускают наше стереотипное поведение. Может, фиксированная форма действий развилась постепенно, с течением времени, и изначально имела еще более фундаментальное значение, чем мы полагаем? Последствия такого подхода могут повлиять на самые разные аспекты нашей жизни, от социальных взаимодействий до принятия быстрых деловых решений. Осознав, что и в нашем поведении, и в поведении окружающих нас людей присутствуют фиксированные формы действий, мы – существа, обладающие способностью когнитивной переработки, – можем пересмотреть свои поведенческие реакции.
ТЕРЕНС СЕЙНОВСКИ
