-- Прискорбно, Кайдзири, что ты не захватил свои любимые огнестрельные игрушки, -- "центуричлен", как я его мысленно окрестил, в обоих смыслах оправдывал это прозвище. -- У нашего противника остались силы защищаться от магии. А вот от оружия людей вряд ли.
-- В следующий раз обязательно это учту, -- как бы не так! Амуниция, знаете ли, денег стоит. А с магами я справлялся ещё до появления автоматического огнестрела. Впрочем, против духов пули были бесполезны -- а я, как назло, зарядил в "джерико" обычный боекомплект.
-- Парни, мы тратим время! -- отбросив всякие формальности, заявил Эдвард. -- Фрэнк, дери тебя черти -- откуда в тебе столько гонора взялось?
-- Фрэнк? -- взорвись великая Фудзи, этот парень не переставал меня удивлять!
-- Это длинная история, -- мрачно, но вполне примирительно произнёс Шварц. -- Ходу! -- и подал пример, быстро зашагав вперёд.
В зарослях, похожих на сибирскую тайгу, обнаружить вход в старую шахту, оказалось занятием непростым. Б
-- Кайдзири!.. -- Шварц мог бы и не открывать рот -- его намерение я ощутил ещё задолго до этого. Привычный разрыв савана, Боккэн в лапу, порция крови для колдовства -- и я внутри шахты.
Меня могли ждать сотни вариантов хитроумных ловушек, на которые так горазды чародеи -- шипы из-под земли, ещё с десяток элементалей, стена огня или солнечного света (против человека слепящий свет тоже хорош), что угодно... Однако меня встретила совершенно обычная штольня с проржавевшими до атомов рельсами вагонетки, все ещё крепкими на вид перекрытиями с давно погасшими керосиновыми лампами и аркообразным потолком. О присутствии здесь кого-либо ещё свидетельствовал лёгкий запах человека (даже скорее, призрак запаха, если можно так выразиться) и далёкие, точнее, глубокие отзвуки сердцебиения -- что-что, а эту штуку Чутье ловит в любых условиях. Никаких колдовских сюрпризов, даже банальных "сигналок".
Я подал сигнал нашей сладкой парочке, и продолжил продвижение, все-таки не теряя бдительности -- посчитал отсутствие ловушек было обманным манёвром: усыпив таким образом бдительность, чародей мог ошарашить нас неожиданной (и оттого вдвойне неприятной) волшебной гадостью.
За относительно прямым коридором возле входа шахта начала полого снижаться. Сюрпризов не наблюдалось, но зато на стенах начали появляться капли воды -- и чем ниже мы спускались, тем её становилось больше.
С водой у Саранчей всегда были непростые отношения. Пафосно сгореть от падения в воду, как вампиры в книжках и кино, не получится -- но вот существенное замедление регенерации и отсутствие нужного-таки кислорода ощущения дарят не из приятных. Сдохнуть не сдохну, но в анабиоз впаду, тот самый пресловутый "сон в гробу". А пробудившись, захочу жрать, и контроль в таком случае удержать катастрофически тяжело. Так что маг мог и не изобретать велосипед, нейтрализовав меня подручными средствами.
-- Lumine! -- прошептал Кобб, подняв кверху кулак с перстнем. Из крохотного аметиста вырвался похожий на дымку свет, который через несколько секунд превратился в маленький, но яркий шарик -- такой себе колдовской светильник.
Шварц же осматривал стены, описывая своей тростью полукруги, и бормоча под нос заклинание.
-- Похоже, все-таки спугнули, -- констатировал центурион через некоторое время. -- Судя по всему, мы имеем дело с карномантом -- он только что призвал водяных из подземной реки.
Дерьмо. Гнилое, вонючее и очень опасное дерьмо.
Водяные, они же духи воды и водные элементали, существуют очень разные. Бывают добрые -- помните того славного паренька из "Унесенных призраками"? А бывают и не очень. Подземные -- как раз из таких. Представьте себе медведя-шатуна, страдающего похмельем, у которого есть способность повелевать водой -- это подземный водяной в обычных условиях. Если же его потревожит, да ещё и заставит себе подчиняться не в меру разборчивый чародей -- умножьте на сто. Дерьмо. Гнилое, вонючее и очень опасное.
Надо отдать должное Коббу и Шварцу -- они знали, куда идут. Эд полез за пазуху, и выудил оттуда самодельный амулет -- раковину каури на бечёвке, судя по запаху, сплетённой из морских водорослей. Неплохо -- у морских сидов давняя вражда с пресноводными, а раковина могла оказаться подарком кого-то из морских. Центурион же избрал защиту куда более грубую... ну и серьёзную -- толстая каменная стена всегда будет защищать лучше стальной кольчуги. Он надел своё пальто навыворот -- изнанка оказалась испещрена защитными иероглифами, если мне не изменяет память, этрусскими. Тоже солидно и весьма дорого: такие зачарования не могу себе позволить даже я.
