М-да… без шансов. Я уже был готов задать какой-нибудь вовсе дурацкий, параноидальный вопрос, например: «А когда он сказал тебе, что хочет со мной поговорить, он не казался рассерженным? Он случайно не говорил, что нашел что-то странное? Что нашел что-то в чековой книжке одного погибшего человека в одном трейлере?» Но я вовремя приструнил себя. Я подумал: а что бы сделал Мелфорд на моем месте? И рассудил следующим образом: Мелфорд наверняка сказал бы, что Игрок явно не собирается меня убивать — по крайней мере сейчас, когда человек пять-шесть, как минимум, знают, что я пошел к нему. Мелфорд пришел бы к заключению, что Игроку нужна информация, которую он надеется из меня выудить. И наконец, Мелфорд попытался бы воспользоваться ситуацией, чтобы самому получить кое-какую информацию.
До номера Игрока оставалось рукой подать, так что я резко остановился.
— Ну а чем вообще занимается Игрок?
Бобби тоже остановился, но с явной неохотой. Он посмотрел сначала на меня, потом на дверь, за которой нас ждал Игрок, словно не понимая, почему я до сих пор не там.
— Что ты имеешь в виду?
— Но он же работает на компанию под названием «Путь к просвещению». Так ведь? Но это не то же самое, что компания «Энциклопедия чемпионов»? Я не понимаю, как они связаны.
— Послушай, Лемми, у нас сейчас нет времени на лекции по гражданскому праву. Тебя босс ждет.
— Ну пожалуйста! — настаивал я, стараясь выглядеть непринужденно. — Мне просто интересно, как тут все происходит.
— Тебе это что,
— А кому принадлежит «Путь к просвещению»? Игроку?
Бобби отрицательно покачал головой.
— Нет, но Игрок там — большая шишка. Я думаю даже, второй человек после самого главного босса. А владеет всем этим парень по имени Ганн. Я, правда, никогда его не видел. Игрок с ним все время разговаривает по телефону. К тому же Ганн пару раз приезжал посмотреть, как мы работаем, но до таких мелких сошек, как мы с тобой, ему дела нет.
— Ну и как он тебе? Этот самый главный парень?
Бобби только плечами пожал.
— Да нормально. Не знаю. Хотя я тебе вот что скажу… — Он заговорщически оглянулся по сторонам. — На него одна такая женщина работает… крутая — не то слово. Выше пояса на ней всегда только лифчик или топ от купальника. Но на боку у нее совершенно жуткий шрам, как будто она упала с мотоцикла или что-то вроде того. Уродство страшное, но она очень любит его показывать. Нельзя, конечно, судить человека за то, что ему в жизни не повезло, но — ух! — уж хотя бы не выставляй такие вещи напоказ. Понимаешь?
Я сказал, что понимаю, хотя на самом деле не понял ни черта.
— Ну ладно, хорошенького понемножку. — И Бобби весело хлопнул в ладоши, словно обозначая этим конец беседы. — Теперь идем к боссу.
Игрок сидел за облезлым столом из ДСП и просматривал заявки на кредит. На нем были зеленоватые хлопчатобумажные штаны, белая рубашка без галстука и коричневые мокасины. На нос он водрузил очки, отчего стал необыкновенно похож на бухгалтера века эдак девятнадцатого. Его прическа только усиливала сходство: густые прямые волосы, очень коротко остриженные. Недоставало только высокого воротника и нарукавников.
— Садись, — сказал Игрок и кивнул в сторону стула, стоящего возле окна.
Я сел. Сиденье этого толстоногого деревянного стула было обито кожей, вытертой до того, что казалось, она сейчас лопнет, как мыльный пузырь. Сердце мое яростно колотилось, а руки тряслись. В поисках поддержки я посмотрел на Бобби, надеясь по его виду догадаться, чего мне следует ожидать. Наверное, мне стоило попытаться предугадать вопросы, которые может мне задать Игрок, и придумать подходящие ответы, но я никак не мог сосредоточиться. Все вокруг меня бурлило и вертелось, словно множество маленьких серых водоворотов.
— Нам нужно поговорить наедине, — сказал Игрок, обращаясь к Бобби.
— О'кей. — Бобби повернулся на сто восемьдесят градусов, почти по-военному, и вышел из комнаты.
Я пытался себя успокоить, убедить, что все будет хорошо, — ведь Бобби знает, где я, а Ронни Нил и Скотт хоть мне и не друзья, но все-таки тоже знают, что меня повели к Игроку. Слишком уж много свидетелей. Непохоже было, что этот парень собирается меня убить.
Игрок продолжал внимательно изучать бумаги, глядя поверх очков, сидевших у него на носу, как птица на ветке. Мне это показалось странным: разве очки нужны не для того, чтобы читать?
— Ну что, как поживаешь, Лем? Надеюсь, все в порядке?
— Да, все отлично, — ответил я таким голосом, что поверить в это было трудно. Мой голос словно говорил: я попался и прекрасно это понимаю.
