Маргарита на слова время не тратила, но периодически крепко встряхивала бедолагу за воротник, намекая, что крепко поколотит вампира, если до него не дойдёт через острые ушки такая простая истина. За каждый неблаговидный поступок его будет ждать основательная трёпка.
Полковник Морс кивком указал ламию и Рите на места за столом и велел заполнить все полагающиеся бумаги.
— Допрыгался, Фаор? Теперь ты будешь с тоской вспоминать о прежнем привольном жилье под крылом у Миры. Маргарита, я так понял, что охранять ему предстоит ведьмочку, а присматривать за ним ещё и вы с Гекатой, Талеей и фуриями будете?
— Да, господин мой Танатос. Клянусь водами Стикса, что любой, кто попытается причинить хоть малейшую боль или иной вред Иветте, горько пожалеет об этом! — красноречивый взгляд заставил вампира мелко задрожать и втянуть голову в плечи.
Несчастный ламий только сейчас начал понимать, что серебряные рудники Плутона были бы гораздо предпочтительнее сложившейся ситуации, но что-либо изменить было уже невозможно.
Тизифона деловито убрала все бланки в соответствующие папки и, обращаясь конкретно к Фаору, промурлыкала:
— Добро пожаловать в весёлое местечко под названием мир современных людей, котик. Рядом с ним, уверяю тебя, померкнут любые ужасы Тартара. Даже те, о которых на ночь глядя упоминать не принято! — на запястье вампира защёлкнулся массивный бронзовый браслет с витиеватым магическим узором и древними надписями. — Даже для умертвия или упыря, как их тут нередко называют, ты умудрился наломать слишком много дров. Поверь, далеко не каждому ламию, ларву или небожителю оказалось по силам приспособиться к здешней суматошной жизни. Плутон вот предпочитает гостить здесь наездами, выбирая привычные тартарийские фокусы. Хотя многие из нас нашли для себя новое призвание. Марс и Беллона создают красочные фильмы, анимацию и компьютерные игры. Танатос служит вместе со мной в полиции. Мегера разгуливает по подиуму, сводя многочисленных поклонников с ума одним мимолётным взглядом. Либер держит собственный бар. Алекто борется за здоровый образ жизни и цветущий внешний вид. Геката и Нокс вместе с фуриями обучают всем премудростям колдовства юную Иветту. Ты поступаешь под начало ламия Аора, и не дай тебе Юпитер, чтобы в течение адаптационного срока поступила хоть одна жалоба. Мигом депортирую на самый нижний круг Тартара, откуда выберешься не раньше, чем через пару-тройку тысячелетий! Добро пожаловать в современный ад, Фаор! И не говори, что я тебя не предупреждала об особенностях местных нравов и обычаев. Твой непосредственный начальник поможет тебе попривыкнуть к здешним порядкам.
Бедный кровосос ещё не знал, что годовая дрессура во время испытательного срока, которые ему устроит окружение Ветки, заставит его горько пожалеть о том, что он в своё время не вёл себя потише и поскромнее…
Фаор почувствовал укол неприятного предчувствия, когда его отправили на первоначальный тренинг. Ведь в мире современных людей ему придётся неукоснительно соблюдать целую прорву совершенно непонятных запретов и законов. Самый главный требовал, что он не имеет права никого кусать. Если не хочет расстаться со своей не-жизнью.
Иветта, оставив бедолагу на попечение Танатоса и Тизифоны, прихватила с собой Риту и покинула кабинет полковника Морса. Девушки через зеркало переместились в дом ведьмы, чтобы она смогла без помех сплести «Сеть Гекаты».
— Жаль, что ритуал с янтарным амулетом и Пылью Тартара защищает только от магического принуждения, — посетовала Ветка, расставляя свечи для ритуала и высыпая ценный трофей в древнюю серебряную чашу, куда положила и кулон с тёмно-синей розой внутри.
— Немного останется от того, кто попытается настаивать на своём силой. Ну, а от собственной глупости тебя никто не убережёт. Кроме самой хозяйки праздничной тыквы! — Маргарита осмотрела сад и дом и осталась довольна. Особенно тем, что Геката согласилась обучить колдовству и её.
Талея никак не отреагировала на появление ещё одной девицы в собственном окружении, но бывшая тень почувствовала, что к ней основательно присматриваются. Пронизывающий взгляд ирландской феи был настолько пристальным, что вызывал у Риты неприятный зуд между лопатками.
Впрочем, она умела ничем не выказывать своего неудовольствия и принялась прилежно изучать попавшую к ней из рук Гекаты книгу в ожидании, когда кому-то понадобится её скромная помощь. То, что Мира так ловко избавилась от Фаора, ей сильно не понравилось. Увы, такое случалось нередко, а спорить со Стражницей Тартара было просто-напросто чересчур опасно.
Голос Иветты то взлетал к самым облакам, то, казалось, падал до глухого шёпота. Поэтому ведьма даже не заметила, как Эребус предпринял отчаянную попытку добиться своего самым лёгким путём: с помощью принуждающей и приворотной магии.
Маргарита сразу поняла, откуда ветер дует и чем это грозит не только бывшей возлюбленной её дяди. Она резво метнулась к Мегере и Госпоже Перекрёстков и выдохнула:
