Этюд на холме полностью

Шейла Иннис села в кресло напротив, спиной к французскому окну и свету. Сбоку от нее на стене висели старинные часы. Айрис подумала, какая же это милая, тихая комната. В ней чувствовалась какая-то умиротворяющая законченность. Она могла бы прекрасно жить в этой комнате и ничуть не скучать по своей собственной. Ничто здесь не заставляло ее напрячься, ничто не волновало и не смущало ее, нигде не было никаких странных изображений или предметов. Она глубоко вдохнула и откинулась в кресле. Действительно, выдвинулась подножка. Такой расслабленной она не чувствовала себя уже много недель. Если даже ничего больше не случится, стоило прийти сюда хотя бы ради этого.

– Миссис Чатер, вы когда-нибудь посещали медиумов или какого-либо рода экстрасенсов раньше?

– О нет. Нет, никогда.

– Я не хочу, чтобы вы мне рассказывали еще что-то о себе. Я хотела узнать это, потому что, очевидно, прошлые опыты влияют на людей, и каждый медиум отличается от другого, мы все работаем по-своему. Так что я просто вкратце расскажу вам, чего ожидать. Вам тут комфортно?

– Да я могла бы спокойно заснуть здесь. Тут замечательно.

– Хорошо. Ну, прежде всего, мы будем и дальше сидеть здесь, вот так, как сейчас. Я не буду закрывать шторы, или зажигать свечи, или что-нибудь в этом роде. Я также не работаю с духовными проводниками, как некоторые другие медиумы и ясновидящие. Я не вижу в этом пользы. Я не использую карты Таро или кристаллы. Я не буду вас гипнотизировать или вводить вас в транс, я также не вхожу в транс сама во время индивидуальных сессий. Но я закрою глаза, чтобы лучше сконцентрироваться. Я попрошу вас отвечать на любые мои вопросы, но только на эти вопросы… лучше, чтобы вы меня никуда не направляли. Другая важная вещь состоит в том, что ничего может не случиться. Может быть, никто с той стороны не появится, и никто не захочет установить контакт с вами через меня. Это вполне возможно, хотя обычно так не бывает, и если это вас разочарует, я пойму, но тут я правда ничего не могу поделать. Я никогда ничего не выдумываю. Я не собираюсь этого делать. Если кто-нибудь – или даже несколько человек – говорят со мной, стараются установить контакт, и если у них есть сообщение для вас, то я слышу их и обычно могу видеть их… это просто картинка, которая появляется в моей голове. Если вы сейчас закроете глаза и попытаетесь представить, например, высокого, симпатичного темноволосого молодого человека с белыми зубами и сияющими глазами… ну, перед вами сразу появится картинка. Это то, что происходит со мной… разница, разумеется, в том, что я понятия не имею, кого я увижу. Или услышу. Иногда ко мне приходят сразу несколько людей и, как дети, начинают бороться за мое внимание, и тогда я не могу их расслышать, и мне приходится прислушиваться, кто из них говорит наиболее внятно, а это не всегда легко. Вы понимаете, о чем я говорю?

Айрис Чатер подняла глаза и увидела, что женщина снова улыбается своей теплой, очаровательной, приятной улыбкой. Эта улыбка будто окутала ее, защищая от всего вокруг. Этой улыбке она верила.

– Да, – сказала она, – мне кажется, да.

– Вы хотите еще что-нибудь спросить?

– Нет, спасибо.

– Хорошо. Тогда просто расслабьтесь, миссис Чатер.

Старинные часы тихо тикали. Кот потянулся во сне и выпустил когти. В окне Айрис заметила островок пурпурных крокусов.

Несколько минут Шейла Иннис сидела с закрытыми глазами, со сложенными на коленях руками, тихо и неподвижно. Айрис ждала, удобно и приятно устроившись в кресле с подножкой. Может быть, на этом все и закончится, и Гарри не придет. Она не знала, расстроится ли.

– Нина… – сказала Шейла Иннис. – У меня здесь кто-то по имени Нина… она спрашивает, помните ли вы голубую… одну минуту… она что-то держит в руках… а, это расческа. Голубая расческа. У вас с ней была шутка про голубую расческу?

Это была какая-то бессмыслица. Айрис попыталась припомнить какую-нибудь голубую расческу, но ничего не приходило в голову.

– Я уверена, это Нина… нет, Нита? Да, извините, это Нита.

– Нита Рамсден? Боже, я и забыла ее, это было кучу лет назад.

Зачем Ните Рамсден понадобилось поговорить с ней?

– Теперь она смеется. Ей где-то… восемнадцать или девятнадцать лет, у нее короткие кудрявые волосы и на ней фартук…

– Комбинезон… это комбинезон. Боже мой, это наверняка Нита. Мы работали вместе… больше пятидесяти лет назад. Что она говорит?

– Она не говорит, она просто смеется. Она выглядит такой счастливой. Она очень красивая, да?

– Нита всегда была красавицей.

– С ней там несколько молодых людей… один симпатичный молодой человек стоит прямо за ней. Он говорит… я не могу разобрать его имени, но он говорит, что вы все были друзьями, в одной компании. Он говорит: «Вот это да, Айрис!» Немножко нахальный молодой человек.

– Дональд?

– Это так? Он крутит пальцем. Не хочет мне говорить.

– Он был женихом Ниты.