Она несколько вечеров просидела в одиночестве, пытаясь решить, записываться ей на встречу с медиумом или нет, рассматривая эту идею со всех сторон, решаясь, а потом снова передумывая, спрашивая об этом у Гарри, не в состоянии определить, отвечает он ей или нет. Ни с кем другим она об этом не говорила, даже с Полин. Это было слишком личное, только между ней и Гарри. Однажды вечером, через пару дней после того, как она ходила к доктору Дирбон, она лежала на диване и отдыхала после тяжелого дня. У нее на коленях лежал журнал, огонь тихо шумел на газовой плите, а она скучала по Гарри, скучала по его лицу, его голосу, его шуткам, его забавным привычкам, по его ботинкам, которые он всегда прислонял перевернутыми к решетке очага, его хриплому дыханию, скучала сильнее, чем она скучала по нему с тех пор, когда он умер, ужасно сильно. Тогда она расплакалась, отчаянными, безутешными слезами, и через рыдания громко вскрикнула вслух:
– Гарри, что мне делать? Ну что же мне делать?
– Иди и поговори со мной.
Это был голос Гарри, звучавший в ее ушах четко и ясно.
«Иди и поговори со мной».
Она задержала дыхание и стала ждать, прислушиваясь, надеясь, что он продолжит, скажет что-то еще, объяснит ей.
– Мне пойти к медиуму, Гарри? Ты хочешь, чтобы я это сделала? Почему ты не можешь просто поговорить со мной сейчас, я здесь, тут так хорошо и спокойно, почему мы не можем побыть вместе сейчас?
Голубое газовое пламя заискрилось.
– Гарри?
Но больше ничего не произошло. «Иди и поговори со мной». Ей это не послышалось, она ведь не принимала желаемое за действительное, этого не могло быть. Он проник в ее мысли и сказал ей это.
«Иди и поговори со мной».
Следующим утром она, набравшись храбрости, позвонила по номеру Шейлы Иннис и, услышав автоответчик, испытала такое разочарование, что поспешила сразу бросить трубку. Только через пару часов, после прогулки к газетному киоску, где она расплатилась за подписку на журнал, получения пенсии на почте и целого чайника чая, она решилась позвонить снова. Она поняла, что толком не расслышала, что говорилось в сообщении.
«Здравствуйте. Это Шейла Иннис. Мне очень жаль, что я не могу лично ответить на ваш звонок, но уверена, вы понимаете, что во время работы меня нельзя беспокоить. Если вы хотите записаться на прием, позвоните, пожалуйста, между пятью и семью вечера. В ином случае оставьте сообщение после сигнала. Спасибо».
Ее голос был успокаивающим, чистым, приятным, довольно приветливым, но без ложной доверительности. Айрис Чатер прослушала сообщение полностью, положила трубку и отметила у себя, что нужно будет перезвонить вечером.
Она поняла, что ей было гораздо спокойнее теперь, когда она приняла решение и услышала голос медиума. В ней не было ничего пугающего или странного. Но в десять минут шестого ее руки начали трястись, и она оказалась настолько не уверена, что сможет сказать вообще что-нибудь, что налила себе стакан воды и поставила его рядом с телефоном.
«Что я делаю? Это неправильно, я не знаю, на что подписываюсь, я должна оставить Гарри покоиться с миром, не тревожить его душу».
– Шейла Иннис, чем я могу вам помочь?
Каким-то чудом Айрис удалось заставить себя ответить:
– Я… Я хотела бы записаться на прием, если можно. Я звонила ранее и прослушала ваше сообщение.
– Конечно. Не могли бы вы назвать свое имя?
– Чатер. Миссис Айрис Чатер.
Она также сказала ей свой адрес, номер телефона и дату рождения. Больше ничего не требовалось.
– Я провожу индивидуальные встречи каждый день с двух часов до половины шестого, миссис Чатер, а также групповые сессии по вечерам.
– Ой, нет, я не хочу, чтобы был еще кто-то. Я… Я бы хотела прийти к вам одна.
– Я понимаю. У меня только что отменилась встреча на три часа шестого февраля. Вам это подойдет?
– А до этой даты?
– Боюсь, что нет. У меня всегда очень много записей. Если в этот день у вас не получается, то, боюсь, нам придется рассматривать только вторую неделю марта.
– О да, конечно, я смогу прийти. Я не имела в виду…
– Я знаю. Как только люди принимают решение встретиться со мной, им, естественно, хочется сделать это как можно скорее. Мне бы хотелось, чтобы я могла видеться с каждым в тот самый день, когда они звонят, но я просто-напросто не могу.
– Нет, нет, я все понимаю. Мне это полностью подходит. Шестое февраля. Я могу прийти в этот день.
– У вас есть адрес?
– Да. Я знаю улицу.
– Тогда в три часа.
– Спасибо вам большое.
– И, миссис Чатер? Кажется, вы нервничаете. Пожалуйста, не волнуйтесь. Я уверена, вы совершенно расслабитесь, когда окажетесь наедине со мной в комфортной обстановке моей гостиной. Сначала все чувствуют неуверенность, это естественно, но я обещаю вам, что после сеанса вы станете гораздо спокойнее и счастливее. С нетерпением жду встречи.
Айрис Чатер сидела рядом с телефоном, все ее тело обмякло от облегчения. Она сделала все правильно, и больше она не будет переживать. Шейла Иннис обнадежила ее.
– Я иду поговорить с тобой, Гарри, – сказала она, – как ты и хотел.
