Этюд в черных тонах полностью

3. Ни при каких обстоятельствах не следует ободрять, воодушевлять или же хвалить мистера Икс за всякого рода вывод, суждение, предположение либо мнимое открытие, которое вышеуказанный господин совершит по поводу КС, поскольку речь идет об одной из его О, вызванных его ПР.

4. Со скрипкой мистера Икс…

Здесь я была вынуждена прерваться и посмотреть в глаза доктору Понсонби, который все так же стоял выпрямившись, точно слушая гимн.

— Со скрипкой мистера Икс? — озадаченно повторила я.

— Продолжайте, — велел Понсонби.

4. Со скрипкой мистера Икс (именуемой в дальнейшем «СК») следует обращаться аккуратно, избегая резких движений, любовно и бережно, как с хрупким и чрезвычайно важным предметом. Хотя господам С хорошо известно, что СК — это еще одна О при ПР мистера Икс, им также небезызвестно благотворное и успокоительное воздействие, каковое ее воображаемое использование оказывает на мистера Икс.

5, и последнее. Принимая во внимание все О, связанные с ПР мистера Икс, господа С желают, чтобы в П исполнялись данные И. В противном случае О, обострившиеся вследствие КС (за исключением СК), повлекут за собой незамедлительный перевод мистера Икс в другой П, ко всеобщему неблагополучию.

(Без подписи)

ХВПД мистера Икс

Я встретилась взглядом с доктором Понсонби; мы оба моргнули.

— Я не понимаю последнюю строчку.

— «Хранить вне пределов досягаемости мистера Икс», — перевел Понсонби. — Мне уже приходилось видеть такое в других письмах. И каково ваше мнение?

— Не знаю, что и сказать… Я… я бы поставила им «отлично». Это похоже на экзамен.

Понсонби не улыбнулся. Он потер пальцем о палец — обычно такой жест означает «деньги».

— Соглашусь, им не хватает… Ой… Разумеется, не хватает какого-то проявления чувств… Я не говорю, что совершенно не хватает, но в чем-то — да. Хотя нужно учитывать и то, как сильно занята семья мистера Икс. Очень сильно. Кто-то может сказать, что это не оправдание, но лично я считаю это оправданием, достаточным, по крайней мере, чтобы извинить их нехватку эмоций. Представьте только, как они страдают из-за того, что член их семьи вынужден жить в таких обстоятельствах.

— Я пытаюсь, доктор.

Понсонби, не отводя от меня взгляда, забрал у меня листок, сложил вдвое почти без усилий — правильнее сказать, что листок сложился сам, — и аккуратно поместил его обратно в конверт. Не знаю, что Понсонби разглядел в моих глазах, но уверена, что он не разглядел и половины того, что я чувствовала. Доктор ровным шагом прошествовал к двери.

— Когда я брал вас на работу, мисс, мне казалось, что я принимаю одно из удачнейших решений для Кларендона — за последние годы. Не заставляйте меня раскаиваться. С настоящего момента не давайте никаких поблажек детективным одержимостям мистера Икс. — Я смиренно кивнула в ответ, а когда я была уже на пороге, доктор добавил: — И никаким другим одержимостям тоже.

— Да, доктор.

Но, проходя по коридору, я едва сдерживала ярость. Письмо заставило меня о многом задуматься — но вовсе не о том, что имели в виду его составители или составитель, кем бы они ни были. Да разве может существовать подобная семья? Разве можно с такой холодностью оформить документ, который касается любимого человека, больного, с самого детства заключенного в пансионы? Кто такой или кто такие эти «господа С», помимо того что они бездушные, расчетливые, абсурдные создания изо льда? Мне хотелось плакать. Бедный мистер Икс. После прочтения этого письма все дефекты его характера представлялись мне объяснимыми и даже логичными. Каковы бы ни были цели этого клана, начисто лишенного чувств, воспоминания о котором мистер Икс запер на замок в своем «Хрустальном Дворце», со мною они добились ровно противоположных результатов.

Теперь я была готова помогать мистеру Икс, готова поймать Убийцу Нищих.