А несколько месяцев назад Андрей так же вопрошал, но не перед зеркалом, перед бутылкой водки:
– Ну и как мы дошли до жизни такой? Ни хрена не понятно, простите за грубость, Ваше Святейшество.
Пестрая компания развалилась за нехитро накрытым дачным деревянным столом. Духовное лицо высокого сана, Владыка Дионисий; полковник СВР, Виктор Семеныч, Андрей и Дина. Все друг дружку знали и уважали по отдельности, а вместе в таком невероятном составе этих людей свели недавняя тяжелая болезнь и чудесное выздоровление Владыки и новый сумасшедший проект Дины и Андрея по созданию Искусственного Президента.
На столе было накрыто все самое вкусное и любимое Андреем. Вареная картошка, соленые огурчики, лук, сало, селедочка, ломти вареной говядины, ну и наливочки лечебные. Надо же всем на ноги подниматься.
Виктор Семеныч довольно оглядывал стол:
– А знаете ли, други мои! Еда – это наиважнецкое и очень политическое дельце. И грамотно подойдя к данному вопросу… – Виктор разлил всем по первой рюмке. – Так вот, грамотно подойдя к этому вопросу, можно горы в нашем шпионском деле свернуть. Ну, будем!
Все выпили и потянулись к тарелкам. Виктор продолжал дирижировать столом к удовольствию собравшихся:
– Дина, давай-ка, девочка моя, хлебушек черный, бородинский, родненький и сало, сало вот сюда. Подкопченное. Ах ты, зараза! Други! Вы поймите, я ж только два дня с этих чертовых Майами, а там что мы имеем? А имеем мы там органическое авокадо с гималайской солью и килограммом рукколы. И так каждое утро. Я чуть с ума не стронулся, вот ей-богу! А вы не смейтесь, Владыка, не смейтесь! Видел я, как вы поститесь-то. Я бы за разваристую картошечку в мундире с сольцой, размятую, с вашего постного стола, там, в Штатах, все бы авокадо на свете отдал. А ты, Дина, поставь еще картошку в мундире на огонь. Я тут только начал питаться. Ну, и тост у меня созрел немедленный. Предлагаю вторую рюмку этого зелья поднять за нашу родную русскую селедку с луком. Вот она, на тарелке-то! Прикрылась розовым лучком, нежная моя. За классику, господа!
Все послушно выпили и начали хрустеть луком и огурчиками. Страстные тосты Виктора, запахи травы в окно, нещедрое подмосковное солнышко, подарившее редкий нежный день с цветочными ароматами и сиреневыми тенями в саду, отделило компанию этих людей от внешнего мира.
