Едем с «Таганкой» на гастроли в Париж. Собираю вещи. От нервности ем много. Принесла и паспорт. Взяла у Васи Катаняна письмо для Плисецкой. Отвезла Микки Лауре. Заехала к Виноградовым – взяла их письмо к дочери. Сейчас ночь – я не собрана. Звонил из Мексики Володя – там жара. Лаура гадала – меньше злословить, меньше есть, меньше говорить. Это и без гадания ясно.
11 января
С 6 ч. – в Шереметьево (автобус от театра). В Париже гостиница – рядом с Елисейскими Полями. Мы будем играть «Бориса Годунова» и «Преступление и наказание». Я занята и там, и там, а мне надо будет отлучиться по другим делам: улететь через три дня в Канаду и в конце гастролей в Афины. Как всегда, трудный разговор с Любимовым на эту тему. Перед «разговором» я паинька, хожу вовремя на все репетиции и пресс-конференции, которые, кстати, терпеть не могу. Играем в «Rond Point», это бывший театр Барро на Елисейских Полях. И живем в гостинице рядом. Все очень удобно. 12 января – репетиции в костюмах для местного телевидения, т. е. для рекламы. Отыграли первый спектакль «Борис Годунов». Зал переполнен. После спектакля зашла ко мне за кулисы Марина Неелова. Она очень хорошая актриса, но вышла замуж за посольского работника и приобрела вид такой посольской провинциальной дамы – это так к ней не идет. Она всегда была таким «мальчишкой». Как важно для актрисы окружение. У Любимова всегда была присказка: «главное – хорошая компания». И действительно, когда вокруг него были талантливые люди, он делал прекрасные спектакли. Талант подпитывается талантом. Соединяющиеся сосуды.
Отыграв два спектакля «Бориса» и после неприятнейшего разговора с Любимовым, который и отпустил меня только
В Париже меня окружают богатые дамы. Только что, на старый Новый год, я была в дорогом ресторане «Корона», где пела знаменитая Людмила Лопато. О ней, кстати, слышала давно, но только сейчас увидела. У меня был после нашего спектакля огромный букет белой сирени, и я отдала его ей. Она тронута. Расцеловались. Поет низким голосом «Темную ночь», «Синий платочек» и т. д. Ей, как говорят, лет 80, а может быть, и больше, но выглядит на 50, а улыбка – просто очаровательна. Цыгане: Лиля, которая мне понравилась в «Арбате»[14] лет пять назад, но теперь голос у нее более открытый – эстрадный, и с ней цыгане не цыгане, а люди так называемой кавказской национальности, танцуют чечетку, трясут плечами и голоса – надрывные. Я не очень вписываюсь в эту атмосферу, мне неуютно, но держусь, улыбаюсь, на голове – какая-то смешная красная бумажная шапка. Поют специально для меня «Очи черные» Высоцкого. Подыгрываю, как могу. Не догадываюсь, что за это надо платить. Виртуоз-скрипач.
В Париже у меня появилась машина
Кафе «Flore». Дорогие магазины. Галереи на Сен-Жермен. Вкусная еда известных ресторанов. Меня опекают. Живу – как «богатые дети живут, Тильтиль».
И теперь – лечу в Канаду студенческим рейсом, чтобы подешевле. Вокруг – молодые ребята, может быть, летят на каникулы к родным или просто покататься на лыжах. Я сижу, втиснутая в узкое кресло между двумя арабами. Один читает Питера Устинова, а другой, справа, – наушники в ушах, спит, иногда похрапывает, иногда нюхает ко-каин. Свободных мест нет, чтобы пересесть.
Что меня заставило попросить Боби купить дешевый билет на этот рейс? Экономия? Нет – платит за билет приглашающая фирма. Неопытность. Незнание их жизни. Мы привыкли к «Аэрофлоту», а там – все равно, летишь ли ты 1-м классом или «общим». Тот же запах, то же равнодушие стюардесс. Та же невкусная еда.
Я не подозревала, что здесь разница в цене билетов (а она большая) так определяет разницу комфорта. Но ко всему привыкаешь… Уже не кажется, что тесно. Едят все аккуратно, на подносе не устраивают помойного ведра, как наши (только что возвращались с испанских гастролей «Аэрофлотом», со мной рядом сидели две молодые, накрашенные, «экипированные» во все заграничное – из нынешних бизнесменок. Так у них через секунду, как в обезьяннике, на подносе было отвратительное месиво).
Так «холодно – горячо», «бедно – богато» живу всю свою сознательную жизнь. Ко всему привыкла. Но это меня образовывает. Я уже легче отношусь ко всем «перепадам» жизни. Единственное, чему завидую, что не научилась ритуалам жизни. Она у меня хаотична. А ритуалы, как это ни парадоксально звучит, дают свободу…
18 января 1993
Прилетела в Канаду. В Квебек.
Встретилась с Рашель Лорти – похудевшая (кожа да кости), она была в больнице. Вечером – концерт. Симфонический оркестр.
19 ч. – репетиция. У меня пушкинская «Осень», кусок из «Анны Карениной» и несколько стихотворений Ахматовой.
20 – начало. Прошло хорошо.
19 января
Общение со старыми друзьями.
Из новых – Билл Глазго (режиссер) и из русских эмигрантов – Сережа, у которого дом за городом. Приглашал на все лето, когда захочу.
20 января
