Греки учили, что философия (мироощущение) начинается с удивления. Удивившись, человек выделяет из мира предмет и начинает его исследовать. Постепенно весь мир раскладывается на предметы. И человек, как предмет, тоже исследуется. Так появился, наверное, театр. Из хаоса человек выбирается, но постепенно теряет взгляд на мир как на переплетение всего во всем. Так, по-моему, он теряет Бога. Но потом, разъединив, опять соединяет это мироощущение в единое – в Бога.
Во всяком случае, именно в Греции я предаюсь глупому и наивному философствованию. Извините. В Греции странная энергетика. Поневоле толкает на философствование. У Тютчева, кстати, есть прекрасная строчка: «Все во мне, и я во всем». Я это чувствую или на природе, или в Греции.
9 апреля 1995
Лечу во Францию, в Лимож – там кинофестиваль. Гостиница забавная. В холле – раритет – старинные граммофоны, шарманки, старые телефонные аппараты. Почти музей – так всего много. И городок забавный.
10 апреля
Небольшая пресс-конференция. Днем наш с Катрин (франц. актриса) концерт по русской поэзии прошел хорошо.
В 20 ч. – просмотр «Крейцеровой сонаты» – неплохо, но нет промежуточной игры. Все слишком в лоб. У меня эпизод, от которого надо бы отказаться, но попросил Михаил Абрамович Швейцер. После «Бегства мистера Мак-Кинли» неудобно было говорить «нет».
11 апреля
11.45 – TV. Я и Валера Тодоровский. Камера все время держала его лицо – уж больно красив.
В 2 ч. – общий обед.
В 15 – пресс-конференция по «Крейцеровой». Отвечал Янковский.
20 ч. – фильм Тодоровского «Подмосковные вечера» – понравился. Хорош Машков и эта актриса с улыбкой «как глобус». Я ее помню по спектаклям Некрошюса, но там она играла небольшие рольки писклявым голоском.
12 апреля
Гуляла по городу. Оказывается, здесь знаменитый фарфоровый завод. Купила, конечно, очередную чашечку. Парк – хороший воздух. Несуетная провинциальная жизнь. Сейчас отдых, а завтра надо будет смотреть сразу три фильма. «Короткое путешествие в осень», «Вишневый сад» и «Катафалк» (Тодоровский).
13 апреля
Вечером два фильма: «Я люблю» (Черных) и «Остров мертвых» Олега Ковалова.
14 апреля
«Лимита» Евстигнеева. Опять очень хорош Машков. Явно будущая звезда.
Сокуров – «Тихие страницы» – очень чувствуется прием.
15 апреля
Днем смотрела короткометражки, а вечером «Женщина в окошке».
16 апреля
Рано утром взяла билет первого класса в поезд – и в Париж. Хочу побыть там несколько дней.
Звонила в Москву. Театр улетает в Афины – дорепетировать и выпускать «Медею», как было с «Электрой». Как хорошо, что я не с ними. Да и Любимов явно не хотел со мной работать, чтобы не думали, что проект только для меня. А когда я увидела макет – á la Чечня – поняла, что играть такую Медею не хочу. И произошло все как когда-то в «Обмене» по Трифонову, когда мы с Филатовым дошли до прогонов, но играть ни он, ни я не жаждали, и мне не нравилась пьеса, и когда я попросила Любимова отпустить меня в Венгрию на неделю советских фильмов, он охотно согласился. Так мы без скандала вышли из этого спектакля и, слава Богу, его никогда не играли.
2 сентября 1995
Я сейчас в Афинах и поскольку
В августе посмотрела в Эпидавре (Epidaurus) спектакль Теодора Терзопулоса «Антигона» с итальянскими актерами. Очень хорошо. Они репетировали в Риме, и я к ним приезжала смотреть репетиции. Жила тогда в чудной гостинице около Колизея. Спектакль получился отличный. Акустика в древнегреческом театре волшебная. Можно говорить шепотом, и все равно слышно в последних рядах. Театр сделан такой огромной каменной чашей. Вокруг построили жилые деревянные домики для актеров и приезжих. Я там ночевала, вернее не спала – духота, мошкара и антицивилизация. А театр – чудо!
В Heraklion-е у меня были мастер-классы для молодых актеров, правда, с плохой переводчицей, поэтому не знаю, что они поняли про психическую энергию. Но слушали хорошо. Дала им несколько упражнений.
Наших актеров, по-моему, неправильно учат. Трагедии нельзя играть без перепадов голоса. А наши все почти играют на средних регистрах.
В греческих трагедиях нельзя играть без ощущения Рока, фатальности. Там другая мораль.
9 сентября 1995
